— А как нам поможет в этом Избранница? — оживилась Графиня.

— Спросите у Сальмы, — Селена пожала плечами. — Она прекрасно знает, что лишь в руках Избранницы Жезл Власти истребит врагов и напитает друзей силой уничтоженных.

— Я не верю в Пророчество, — хмуро пробормотала Сальма.

— А ведь его исполнение уже близко, — заявила Графиня. — На это указывают все знамения.

— Так давайте, пока не поздно, уничтожим Селену! — воскликнула побледневшая ларва. — Если избавиться от нее, Пророчество не сбудется.

— Пророчество уже сбывается! — гневно воскликнула Селена. — Ведь он у тебя, Сальма!

— Да, сбывается! — подтвердила Графиня, вставая и выпрямляясь перед ларвой во весь рост: — Дай мне его!

Ларва упорно молчала, а тень Графини все росла и росла, превращаясь в грозную тучу.

— Дай мне Жезл Власти, Сальма!

— Он мой! Он сам меня нашел! — завизжала ларва.

Тень Графини окутала ее.

— Он не твой! Отдай его мне!

Трудно сказать, сколько длилась борьба, разыгравшаяся в мире, не знающем времени, но, в конце концов Жезл выпал из рук ларвы к ногам Селены, которой осталось только нагнуться и подобрать его.

Сжавшись до обычных размеров и вернувшись в полумрак грота, Графиня с интересом наблюдала за Селеной.

— Ты знаешь, чего мы от тебя ждем, Селена! — заявила она. — Уничтожь омниор!

Сальма корчилась на земле.

— Селена не станет этого делать, — прохрипела ларва. — Жезл нужен ей совсем для другого!

— Замолчи! — приказала ларве Графиня.

Поглаживая золотой жезл, Селена читала украшавшие его надписи. Жезл Оры! Жезл Власти! У Селены едва заметно дрожали руки. Она ощущала силу — свою огромную силу.

— Еще рано, Селена!

— Что?

— Парад планет еще не наступил. Жезл пока не имеет силы. Ты испытаешь его, когда придет время. А мы испытаем тебя.

— Испытаете? Опять испытание? Вы что, еще ничего не поняли?!

— Мы поняли, кто ты, но у нас нет доказательств твоей преданности. Ты докажешь ее, уничтожив Анаид и Крисельду!

— Почему именно их? — нахмурилась Селена.

— Они сами придут к тебе. Им поручено убить тебя.

— Неправда! — вздрогнув, воскликнула Селена.

— Правда. Если ты не сделаешь этого, они уничтожат тебя. Покончив с родом Цинулис, ты станешь одинокой волчицей. Одинокой и беспощадной!

Некоторое время Селена гладила Жезл молча. Потом взмахнула им над головой, подышала на блестящую поверхность и протерла ее рукавом своего легкого платья.

— Какой он красивый! — улыбнувшись, пробормотала она.

— Действительно, красивый… Дай его мне!

— Нет! — прижав Жезл к груди, воскликнула Селена.

— Не заставляй меня душить тебя, как ларву! — прорычала Графиня.

Но Селена уже выбегала из грота с Жезлом в руке.

— Я вам не ларва! Я — Избранница! — крикнула она и скрылась в лесу.

Одиночество

Лукреция прощала Анаид ее прогулы. Девочка старательно училась, относясь к старой колдунье с подчеркнутым уважением, и не уставала благодарить ее. Лукреция же иногда давала Анаид перевести дух и ненадолго вспомнить радости жизни, на которые молодежь имеет полное право. Радостный смех и веселое щебетание молодых девочек напомнили старухе о вещах, которые за сто один год жизни она почти позабыла, и Лукреция радовалась тому, что Анаид с Клаудией подружились.