Ленка радовалась, как ребенок.

— Если вы не против, мы можем сегодня побывать в ней. И я стану первым гостем!

— А почему вы не переехали в нее сами? — поинтересовалась Цыпа.

— Елена! Вы рассуждаете по-женски! Я — деловой человек! Чтобы получать максимальную прибыль, нужно иметь надежных помощников. А чтобы они были таковыми, я обязан заботиться и помогать. Только тогда я могу быть уверен, что и завтра, и потом вы так же будете помогать мне и не искать работу на более выгодных условиях. Я не хочу потерять вас, — краснел Жак. — Вы уже говорили мне, что целиком располагаете своим временем и вас ничто не обременяет. Я тогда еще предположил, что вы одинока! Вы никогда не спешили домой. А значит, никто не ждал, как и меня. Не серди

тесь, Елена! Те, кого ждут, не задерживаются на работе допоздна. Я это знаю. Правда, в свое время недооценил. И потерял жену. Она ждала слишком долго. Для женщины одиночество самое страшное наказание.

— Есть кое-что пострашнее одиночества…

Жак внимательно посмотрел на Ленку:

— Что вы имеете в виду?

— Есть неприятности, сравнимые лишь с горем, когда своя семья становится хуже чужих. Можно смириться с непониманием посторонних. Своим труднее простить подлость, черствость. Уж лучше всю жизнь жить одной, чем иметь такую родню! — попросила разрешения закурить.

Вскоре они поехали смотреть квартиру. Жак решил отвлечь Ленку от темы, какую сам затронул невзначай.

— Входите! — открыл перед нею двери. И вошел следом, оглядываясь по сторонам. Новый дом недавно сдали строители. Еще не все жильцы успели заселиться. И в комнатах стоял стойкий запах краски, лака, обоев, побелки.

Цыпа прошла в зал, потом в спальню, вышла на кухню, порадовалась, что она довольно просторна. Ванная комната разделена с туалетом. Да и прихожая приличная.

— Елена! Посмотрите, какой вид открывается с вашей лоджии! Вся Москва, как на ладони! — позвал Жак.

Цыпа с восторгом оглядела открывающийся вид на дома и улицы.

— Пустовато, конечно. Но со временем обживетесь! Обставите свое жилье, приведете в порядок! — говорил Жак. — Может, здесь и закончится одиночество! Я искренне желаю счастья вам!

Они стояли рядом, всего в шаге друг от друга. Так близко и так далеко…

Между ними еще лежала пропасть прошлых разочарований, недоверия, предательств и ошибок.

— Жак! Не обидитесь на мой вопрос?

— Постараюсь!

— Вы любили свою жену?

— Я и сегодня люблю ее. К сожалению, именно я виноват в случившемся. Мало создать семью! Надо ее сберечь. А вот этого — не сумел. Она устала. Я поначалу обижался. А когда остался без нее, один, понял, как тяжко одиночество. Именно от него уехал в Россию. Но и здесь не ушел. Пока была жена, я знал, что любим и нужен. Я звонил ей. Теперь она не ждет моих звонков.

— Вышла замуж за другого?

— Да! Совсем недавно. И уехала из Бельгии. Я даже адреса ее не знаю…

— А почему у вас нет детей?

— Есть дочь. Она захотела отстаться с матерью. Я понял почему и ни на чем не настаивал.

Жак отвернулся к окну, чтобы справиться с воспоминаниями, бередящими душу, решил отвлечься.

— Вы, Елена, родились в Москве?

— Да! Я коренная москвичка и никуда отсюда не выезжала.

— Это плохо!

— Почему?

— Человек должен знать мир, землю, людей! Иначе скучно жить, как горе — всегда на одном месте и радоваться, думая, что она — пупок земли, центр мироздания! Но время разрушает даже горы. И слабое утешение становится горечью.