— А ты красивая девочка! Вся в отца! Хочешь, познакомлю с родственниками? Будете дружить, все ж не так одиноко станете жить. Эти люди имеют вес в обществе. Может, пригодится это знакомство?

Роза, глянув на мать, согласилась. Вместе с гостьей она приехала на Старый Арбат. Там ее приняли радушно, как давнюю знакомую. Девчонке очень понравилась большая дружная семья, где никто не задавал ей лишних вопросов. Ее угощали. А Сара рассказывала о жизни в Израиле. Об отце она упомянула лишь вскользь, обронив, что он работал поначалу автослесарем. Но потом подвело здоровье, простыл. Выучился на дамского парикмахера. Теперь хорошо зарабатывает, доволен жизнью и возвращаться в Россию не собирается.

Думает ли он забрать семью к себе? Об этом Сара не сказала или не знала.

Роза с матерью перетрясли весь чемодан, каждую вещь, но не нашли ни письма, ни записки.

Мать после этих поисков как-то сразу сникла. Роза, помня ее рассказы о рассеянности, забывчивости отца, пыталась успокоить ее. А сама, придя в гости на Старый Арбат через три дня, решила спросить Сару о письме. Может, она забыла передать его? Но та уже улетела домой. Не захотела побыть в Москве, которая стала раздражать иностранку своей грязью, ругливостью, откровенной нищетой.

Розу успокоили. Дескать, что письмо? Помощь важнее. Живи и радуйся тому, что не забыта.

Здесь, в этой семье, были трое сыновей и две дочери. Они по- доброму восприняли Розу. Увели к себе на верхний этаж особняка. Разговорились. Потом включили музыку, танцевали. Роза впервые выпила клубничного ликера, потом посмотрела смелый эротический фильм.

— Будь раскованней, смелее! В жизни все удается рискованным, дерзким! — советовал ей Славик, младший из семьи. Ему шел восемнадцатый год. А он уже готовился в банкиры.

— Держись королевой! — учили дочери. И предлагали коньяк.

Вскоре к ним в гости пришли друзья. В особняке стало шумно,

весело, звонко.

Роза познакомилась со всеми. В этот дом была вхожа вся элита города.

По заведенному правилу молодежь развлекалась наверху. Пожилые — внизу. Там же случались очень нужные, деловые разговоры. Чьих детей пристроить на учебу или на работу, куда именно?

Роза не решалась замолвить слово о матери. Откладывала разговор, понимая, что с этим нельзя спешить. Старалась держаться в новой компании непринужденно, бездумно. И это понравилось.

Домой ее отвезли под утро на «Мерседесе». Прощаясь с нею, Славик дал ей номер телефона, предложил в следующий раз позвонить, когда она решится снова навестить их.

Роза позвонила через неделю, и Славик приехал за нею. Она пробыла с ним два дня.

— Ты — не первая. И не последняя. Так теперь живут многие. Не связывая себя никакими обязательствами! Оно проще и легче жить! Сама скоро поймешь. Только не стоит сходить с круга и путаться со всеми напропалую. Это опасно для тебя! И невыгодно! Нынче не сетовать надо, а выживать, — говорил он ей.

— А твои сестры тоже так живут? — спросила робко.

— Смешная! Им это ни к чему! Они, если и пойдут на такое, то не ради денег! Отблагодарить за помощь, за оказанную услугу. Или еще за какую выгоду. Впрочем, из такого никто не делает историю.

— А замуж они не собираются?

— Да что ты, Роза? О какой семье теперь думать, когда все кувырком летит? Для семьи нужна стабильность во всем. А кто из нас уверен в завтрашнем дне? Вот и берем от жизни все, что она дает сегодня! Потому что завтрашнего дня может не быть. Поняла? Ну то- то!

Здесь же, в машине он отдал ей первые триста долларов. И, оставив машину у подъезда, напомнил, что ждет ее следующего звонка.

Роза застала мать в слезах.