— Действительно, во Флориде Нечистый не допускал подобных военных промахов, — согласился стоявший рядом с королевой маркиз Герд. Он успел оправиться от ранения, но все еще выглядел бледным и изможденным, хотя глаза блестели прежней боевой злостью.

— Тебя не было с нами на поле, — накинулся на него командор. — Ты не видел, что натворили эти бешеные лемуты!

— А что в них особенного, кроме глупости? — опешил от такого тона маркиз.

— Право, командор, возьмите себя в руки, — Лучар ласково улыбнулась Артиву, но в глазах ее застыла тревога.

По лицу королевы маршал явственно читал приговор: полководец, утомленный многолетней войной и бесконечными походами, нуждается в продолжительном отдыхе. У него сдают нервы.

Заставив себя успокоиться, Артив пояснил:

— Как мне ни горько вспоминать, но ваш покорный слуга имел несчастье длительное время командовать силами Зеленого Круга. В том числе и бойцовыми зверями, в просторечии именуемыми лемутами. Ревуны никогда не ходили в самоубийственные атаки на десятикратно превосходящего противника. Их стихия — быстрый удар из засады, маневренный бой, тактика волчьей стаи, которая много дней преследует утомленное стадо оленей, вырывая из него ослабевших и раненых. Только дрессировщики и колдуны высших разрядов могли заставить их драться с людьми грудь в грудь, да и то при равном числе или превосходстве орд Нечистого.

— Ну да, — растерянно сказала Лучар, нахмурив лоб. — Животное есть животное, что бы над ним ни сотворили слуги дьявола в своих лабораториях. Самопожертвование — удел людей, а не зверей, если не считать оборону детенышей.

— А сейчас на поле боя при полном отсутствии мастеров Нечистого имела место совершенно нетипичная атака, — продолжал Артив, — едва не позволившая наместнику Файра в Чизпеке прорваться в столицу. Это весьма и весьма странно! А урон, который нам нанесли несколько сотен лемутов? Королева привела удачное сравнение: они действительно дрались так, будто обороняли свои поганые норы и мерзкий приплод!

— Все это наводит на грустные размышления, — протянула Лучар. — Нечистый все время совершенствует свою мощь, развивается, находит новые, еще более страшные способы борьбы с миром.

Герд пожал плечами и весело сказал:

— И все же сегодня мы вновь добились победы! У Файра больше нет ни флота, ни регулярных войск. Слава командору!

— Спасибо, молодой человек, — грустно отозвался Артив. — Мне бы ваш оптимизм и ваши годы.

— Когда штурм, мой маршал? — Задорное лицо маркиза излучало такую веру в полную и окончательную победу над злом, что Артив улыбнулся, а Лучар вдруг сделалась печальна и отвернулась, глядя на темнеющую к вечеру опушку леса. Герд напомнил ей Иеро.

— От наших посланцев к метсам нет никаких вестей? — тихо спросила она.

Артив ответил излишне резко:

— Нет, да теперь уже им вряд ли удастся незаметно пробраться сквозь территорию Зеленого Круга, напоминающую разворошенное осиное гнездо.

Он понял причину печали королевы, и это его обозлило.

Маркиз, не замечая витающих в воздухе грозовых туч, еще раз спросил:

— И все же, когда мы пойдем на штурм? Мне надоело смотреть на наглые рожи солдат гарнизона, мнящих себя неуязвимыми!

— Войскам надо отдохнуть, — сухо сказал Артив.

— Завтра я двину к валу штурмовые башни. Вам, маркиз, отведена особая роль в предстоящем сражении.