Ковёр хорошо заглушал шаги – я не слышал, как ко мне подошли, пока не почувствовал лёгкое прикосновение к руке. И только тогда, отпрыгивая, обернулся – отведя руку с кинжалом. Хорошо, что ударить не успел – позади меня стоял ребёнок. Маленький, меньше Валерия, одетый в красивый зелёный кафтанчик на южный манер. Он смотрел куда-то сквозь меня, и я сначала машинально отметил, что его лицо мне кажется странно знакомым. И лишь пару мгновений спустя сообразил: он меня не видит. Светло-карие глаза смотрели в никуда, стеклянно, как смотрят слепые.

Я аккуратно убрал кинжал, стараясь не шуметь. Надо было найти выход, пока не сбежались слуги – ясно же, что мальчик, очевидно, сын хозяев. Только бы ненароком его не напугать, чтобы шум не поднял…

- Папа?

Я осторожно отступил на пару ступенек вниз, не зная, что делать. Стоило бы мне заговорить, и мальчик сразу бы понял, что, мягко говоря, обознался, и уж точно бы испугался, не дай боги закричал… Маленький ведь ещё, лет пять…

В голове мелькнула невозможная догадка (но зачем чародейке отправлять меня к своему сыну?) – когда мальчик тем же тихим голосом произнёс:

- Папа, куда ты? Я так долго тебя звал, а ты всё не слышал… Почему ты сейчас уходишь?

И, держась за перила, пошёл ко мне. Я – от него. Так мы спустились пару пролётов – я лихорадочно пытался придумать, как быть. Но понимал лишь одно: пора сваливать. И быстро.

За круглым витражным окном вдруг что-то грохнуло, дом вздрогнул, ступеньки завибрировали, и мальчик, запнувшись, хватаясь за перила, полетел вниз.

Я поймал его, не рассуждая, что, бездна забери, зря я это делаю. Если он завопит, а его настоящий отец увидит, как я его держу – извинениями точно не отделаюсь… И чем, демоны и бездна, они там так гремят?!

Мальчик дёрнулся и вдруг потянулся к моему лицу – тонкие пальчики быстро ощупали мой лоб, губы, подбородок.

- А мы и правда похожи, - вдруг с гордостью объявил он. – Мама всегда говорила, но я не понимал. Похожи же, да?

По лестнице, поскуливая, метнулась чёрная тень, и мальчик, вывернувшись из моих рук, загородил ей дорогу.

- Волк, всё хорошо, это мой папа наконец-то пришёл…

Демон чародейки уставился на меня ярко-синими глазами и заскулил пуще прежнего, а потом обогнал нас, глянул вниз и зарычал.

- Он говорит, сюда идут плохие люди, - сообщил мальчик, крепко держась за мою руку. – Говорит, они ломают дверь.

Судя по звукам – скорее взрывают. Пол снова завибрировал, люстра под потолком зазвенела, раскачиваясь.

Витторий говорил, что его люди будут штурмовать замок чародейки – Дар, кажется. После полуночи, когда я должен буду уже дать ей ту траву. И если она действует, то замок уже не будет неприступен…

Я подхватил мальчишку на руки.

- Ты Никки, да?

- Конечно, - удивлённо отозвался мальчик. – А ты что, не знаешь? Почему ты…

Спускаться вниз было нельзя, оставаться на лестнице – тем более. Если только…

- Тут есть где спрятаться? – перебил я. – Подвал, ну что-нибудь? Где ты прячешься, когда плохие люди приходят?

- А они не приходят, только мама, - недоумённо откликнулся мальчик. – А в подвалы мама ходить не разрешает, говорит, я упаду и что-нибудь сломаю. А я хорошо хожу и почти не падаю…

Он что-то ещё щебетал, но я не слушал. Бездна и демоны, если его оставить здесь, мальчишку убьют – как мне Витторий и рассказывал!

Наверх, спрятаться в комнатах – только так. Знать бы ещё, где Элиза оружие держит…

- А у меня есть меч, хочешь я, покажу? Он почти настоящий, только деревянный, – довольно сообщил мальчик, совершенно не обращая внимание на грохот, хотя любой другой на его месте точно бы испугался.