На лице Акса расплылась невероятно красивая улыбка.

— Женщина, ты не представляешь, насколько далека от правды.

***

Удивительно, как смена сценария помогает мужчине взбодриться.

Когда Элиза вернулась на первый этаж и села на колени перед ним с запрошенным мятно-освежающим набором и стаканом воды, она действовала на него как укол морфия. Только без опиатов и иголок. Он вообще перестал чувствовать боль.

— Помочь тебе с этим? — спросила Элиза, поднимая щетку с пастой.

Акс кивнул, и она взялась за дело: склонила голову, ее волосы, сейчас собранные в конский хвост, упали из-за ее плеча, пока она сосредоточенно выдавливала «Крест»на его щетку.

Черт, звучит пошло.

С другой стороны, в его текущем состоянии, он способен опошлить все, от снятия крышки с пасты и до того, как она вставляет щетку в его руку…

— Как мы это сделаем? — спросила она.

Акс посмотрел на свое тело и ответил в голове: «Подними больничную сорочку и оседлай мои бедра, предварительно раздевшись. Потом скачи на мне, как на быке».

Вау. Романтика.

— Я приподниму голову. И…

Зашипев, он позволил чугунному котелку рухнуть на подушку.

— Черт возьми…

Широкая улыбка Элизы появилась прямо перед ним.

— Открой рот шире.

Он подчинился, но холодный, освежающий вкус полностью потерялся на фоне аромата Элизы, ее красоты, его жажды. В итоге она щеткой собрала пасту в его рту, раз за разом споласкивая щетину в стакане… и, хотя конечный результат вышел не идеальным, по крайней мере, он больше не чувствовал вкуса крови.

И не почувствует Элиза.

Элиза отставила стакан с щеткой в сторону и, потянув рукав простой флисовой кофты, вытерла его рот.

— Ну как?

— Я не пригоден для поцелуев?

— Вовсе нет, — выдохнула Элиза.

Она наклонилась к нему, но он остановил ее.

— Ты можешь распустить волосы?

Воспоминания о том, как ее белокурые локоны колыхались на ветру возле человеческого мужчины, тогда, перед стейк-хаусом, не отпускали Акса, и он хотел тоже урвать момент волшебства и чуда, который достался тому придурку, хотел лишить идиота этого, застолбить право за собой.

И ему нравился запах ее шампуня.

Когда Элиза стянула резинку и вернулась к нему, мягкие волны упали ему на лицо… а потом ее губы прикоснулись к нему, и он собрал остатки сил, чтобы положить руки на ее плечи.

— Можешь лечь на меня, — прошептал он ей в губы.

— Где у тебя болит?

— Колотая рана в боку, ничего страшного…

Она резко вскинулась.

— Что?!

Акс махнул рукой.

— Да все нормально.

— Дай посмотреть.

Хммм. Если она разденет его, то поймет, насколько все плохо. С другой стороны, алло, он будет голым.

В нем заговорила совесть.

— Под сорочкой ничего нет. В смысле… я голый.

Она смежила веки.

— Я не против.

От ее сексуального голоса Акс заерзал бедрами.

— Тогда срежь ее с меня. Ножницы в кухне. У плиты.

Слушая, как она тихо шагала по первому этажу, как это было ранее со вторым, он осознал, насколько пустым был его дом… и насколько безлюдно было в глуши: в сельской части Колдвелла не было слышно шума ночного траффика, отсутствовали огни зданий и уличных фонарей, никаких соседи поблизости.

Забавно, раньше он вообще не думал о своем коттедже…. Но ему нравилось это отшельничество.

Особенно, когда Элиза рядом.

— Я аккуратно, — сказала она, вернувшись из кухни и сев на колени рядом с ним.