— Смерть всегда ужасна. Если, конечно, ты не воюешь с ней.

— Я мало что знаю… о войне.

— Мне пора.

В конце концов, в голове царил срач, кровавый спор между рациональной стороной, которая уверенно заявляла, что будет абсолютно нечестно заниматься с Элизой сексом в рабочее время, приписывая ей при этом качества тех малодушных аристократов, убивших его отца… и повёрнутой половиной его мозга, которая утверждала, что спать с ней, пока ему платят за ее безопасность, и ставить ее в один ряд с теми ублюдками из Глимеры — вполне логичное дело.

— Чего именно ты боишься? — прошептала она. — Я задаю этот вопрос себе не в первый раз.

Акс посмотрел на нее.

— Что?

— Ну, я просто не могу понять. Ты же ничего не теряешь, если поделишься информацией, своим мнением и переживаниями во благо общего дела… чтобы приложить все усилия, чтобы я смогла посещать университет. Ты можешь спросить у меня что угодно, и я отвечу. Я не боюсь… и, наверное, пытаюсь сопоставить внешнюю оболочку жесткого парня-защитника с невероятно трусливым нежеланием открыться другому.

Акс тупо моргнул.

Издеваетесь? — подумал он. Второй раз за ночь?

— Позволь поинтересоваться… — начал он.

Элиза широко раскинула руки.

— О чем угодно. Я как открытая книга.

— Почему вы, богатенькие, считаете, что вправе делать все, что душе угодно? И речь не только о материальном дерьме, но и человеческих жизнях, чувствах и мыслях? Говоришь, что нет ничего страшного в том, чтобы просто поговорить? Что я гребаный трус, раз не выкладываю свои внутренности по первому требованию? — Он пожал плечами. — Ты понятия не имеешь, как я жил и через что прошел, но если я отказываюсь исповедоваться перед тобой, на твоих условиях и по твоему запросу, то сразу становлюсь каким-то «ненормальным»? Ты для меня чужой человек. Я тебя не знаю. И я не должен тебя узнавать. Я не обязан тебе ничего рассказывать.

Этим он заткнул ее.

И он как раз поздравлял себя с тем, что сумел поставить ее на место, как Элиза снова выбила почву из-под его ног.

— Боже… ты абсолютно прав.

Она подошла к туалетному столику, изящная ручка прошлась над серебряными кисточками, компактными пудрами и помадами.

— Прости меня, пожалуйста. — Элиза оглянулась через плечо и хрипло рассмеялась. — Только подумать, и это я собираюсь получить ученую степень по психологии. Мне так мало известно о межличностных отношениях, не правда ли? Похоже, теория и практика не всегда идут рука об руку. Прими мои извинения.

Иииииии Акс снова моргнул.

Дерьмо. Он не думал, что она поймет его границы. И, тем более, отнесется к ним с уважением.

Акс в смятении опустился на ее кровать.

Запустив руку в волосы, он уперся локтями в колени с мыслью… да, ему нужно выметаться отсюда, причем срочно и подальше от нее.

Но вместо этого сказал:

— Никогда не общался с кем-то с ученой степенью.

***

Принимая все во внимание, — думала Элиза, — Акс был прав, отчитав ее. Правило, которое она забыла и которое действовало особенно в отношении незнакомых людей — соблюдать установленные границы: если забыть о влечении, то Акс ничем не дал ей понять, что можно лезть к нему в душу, и она давила на него, приписывая мужчине свои собственные качества.

И все же она обрадовалась, когда он не удрал от нее.

— Да, — начала Элиза, прокашлявшись. — Я работаю над своим исследованием уже несколько лет. Поэтому… ну, поэтому сейчас я должна сделать последний рывок.