– Ну, – пробормотал Базел, глядя на спокойное лицо Брандарка и прислушиваясь к его ровному дыханию, – чем мы теперь займемся?

Глава 38

Мощный свежий ветер, доносивший с юга ритмичный грохот волн и хищные крики чаек, хлестал в лицо. Мир словно омывался энергией и жизненной силой, Базел ощущал это кожей, по которой, казалось, бегали электрические мурашки, а вокруг шелестела высокая, по пояс, трава, под ногами шуршал песок прибрежных дюн. И вот наконец он увидел море.

Этот вид зачаровал его. Он всем существом впитывал синюю бесконечность, оживляемую белой пеной прибоя, легкие покалывало от запаха соли. Волны набегали на пляж, на песок цвета естественного загара, взрывались пеной, ветер трепал его косицу, как хвост воздушного змея, продувал насквозь его оборванную одежду. Никогда раньше он не мог себе представить, не мог вообразить того, что чувствовал сейчас. Его охватило неясное стремление – он сам не мог понять куда, но слышал призыв, исходивший от вздымавшихся волн и криков морских птиц, и его сердце забилось чаще.

– Фробус, – раздался за его спиной тихий тенор, полузаглушенный морским гулом и шумом, – вот это размах!

– Да уж… – так же тихо ответил Базел и повернул голову к другу.

Брандарк сидел в седле довольно неуклюже, но глаза его сияли восторгом. Перевязанная правая нога все еще сильно болела, он хромал, когда пытался ходить, но с каждым днем ему становилось лучше. Несмотря на не до конца зажившие раны, он буквально излучал здоровье. Когда он впервые проснулся с ясной головой и сильнейшим чувством голода, Базел ничего лучшего и желать не мог. Сначала Брандарк был ошеломлен резкой переменой в своем состоянии, а когда он узнал, чему обязан этими изменениями…

Это было слишком хорошо, чтобы длиться долго, и в глубине души Базел был рад, когда это кончилось. Как-то непривычно и ново для него было, что Брандарк смотрит ему в рот, но в этом было и что-то неестественное, и Конокрад почувствовал облегчение, когда наконец с губ Брандарка снова сорвалось словечко «идиот». Сейчас все шло уже почти обычным порядком, и Кровавый Меч взвился, как строптивый мул.

– Отлично, – сказал он. – Это очень впечатляет, но я хотел бы знать, какой следующий фокус у нас в программе?

– Фокус, а?

– Ну да. Если мне не изменяет память, ты говорил что-то о романтической прогулке на запад по линии прибоя. Но тогда у нас были еще все припасы. А теперь… – Брандарк указал на единственный довольно тощий мешок на спине вьючного мула и пожал плечами.

– Знаешь, я тоже немного размышлял об этом и пришел к выводу, что нам нужен морской корабль.

– Корабль! – насмешливо фыркнул Брандарк. – И как же ты собираешься совершить этот подвиг? Эти гады охотятся за нами, – он ткнул пальцем через плечо, – и, если я правильно помню, мы решили, что в порты тоже разосланы предупреждения?

– Что за пораженческие настроения! – Базел с укором покачал головой. – У него, можно сказать, в телохранителях избранник самого Томанака, и при этом он может думать о всяких мелочах, даже не достойных упоминания.

– Ну если ты считаешь половину кавалерии Пурпурных Лордов мелочью, то я умолкаю. Но позволю себе высказать предположение, что Харнак все-таки успел стукнуть тебя по лбу этой штукой. – Брандарк ткнул левой ногой в обернутый плащом меч.

– Ерунда! Ты, главное, малыш, ни о чем не беспокойся, ни о чем, потому что у меня есть план, понимаешь, план…

– Да хранят нас боги, у него план! – застонал Брандарк, и Базел рассмеялся. Он не мог сдержаться. Радость, как веселящий газ, пузырилась в нем еще с той ночи, когда он исцелил – или помог Томанаку исцелить – своего друга, а теперь стихийная бесконечная жизненная сила моря наполнила его новой энергией.