Его шепот коснулся моей кожи. Ратбоун погладил меня по щеке.

– Я должна их спасти. Обеих, – произнесла я, сдерживая слезы. – Они – все, что у меня есть.

– Мы спасем их. Вместе. Я клянусь своей жизнью, как бы иронично это ни звучало, что помогу тебе это сделать. Без тебя я бы по-прежнему оставался тенью, марионеткой короля.

Он мягко улыбнулся.

– Я обязан тебе… всем. Ты вправе не верить мне и не доверять, но я готов служить тебе до конца моих дней, – прошептал Ратбоун и склонился ко мне.

Его горячее дыхание коснулось моих губ, и сердце затрепетало в груди, как птенец, совершающий свой первый полет.

– Я хочу верить тебе, – бездыханно сказала я. – Хочу, но это будет сложно.

Он продолжать держать мой взгляд в золотой клетке своих глаз, а его губы с каждым мгновением сокращали пространство между нами. Мир вокруг растворился, сжался до крошечного размера, способного вместить лишь нас двоих.

Ратбоун зажмурился и поцеловал меня.

26

От смерти не бывает зелья

Империальная звезда почему-то доверилась Ратбоуну.

Когда я попросила артефакт перенести нас в Дом теней, я была готова к тому, что Ратбоуну не удастся пройти в портал, что только я смогу отправиться обратно. Но затем они сказали, что куда пойду я, туда же и он. Бледнокровка запрыгнул в дыру, которая образовалась в пространстве, и утянул меня за собой.

Означало ли это, что я тоже могу доверять ему?

Ноги все еще гудели от сильной магии и поцелуя Ратбоуна, но, как только мы приземлились в замке, началась настоящая работа. Гарцель встретила нас прямо у портала, который привел в Дом теней.

– Не могу поверить, что ты сбежала, – отчитала она меня. – Еще и с артефактом на шее!

– Но я же вернулась?

Прозвучало неуверенно.

– Это было глупо, Мора, – добавил Александр, наспех застегивая манжету рубашки. – А если бы ты убила своего бледнокровку, как бы себя сейчас чувствовала? Если бы под влиянием сильной магии натворила нечто похуже?

К щекам прилил жар оттого, что Александр назвал Ратбоуна «моим».

Его волосы примялись от подушки. Мы разбудили всех жителей замка посреди ночи, но у нас была веская причина. Дом теней согласился помочь нам одолеть Миноса.

Когда я снова неловко извинилась, Гарцель фыркнула, а Александр чертыхнулся и пошел причесываться.

– Мы забыли, как ты еще молода… Ведь росла ты совсем в иных кругах. Но это мы обсудим в другой раз.

Раздались зловещие колокольчики дверного звонка.

– Что такое? – нахмурилась Гарцель и двинулась к двери.

На пороге замка стояла громадная корзина роз с конвертиком, привязанным к ручке. Цветы были почти полностью засохшими. Я наклонилась и отстегнула конверт.

Розы были адресованы мне.

– Он всерьез думает, что запугает нас дохлыми розочками? – сказала Гарцель и демонстративно закатила глаза. – Бросил их через портал, в воздухе до сих пор пахнет магией. Трус!

Я закусила губу. Минос, очевидно, отправил угрожающее послание, но вот кому? Мне или своему сыну?

– Фу, это что, черви? – скривился Ратбоун.

– Тебе среди них не понравилось? – выглянул Александр из-за спины Гарцель и усмехнулся.

Из глубин корзины вылезла пара испачканных в земле червей.

***

Немногочисленные некромансеры собрались в зале с роялем и невероятным видом. Но вместо солнечного океана мы смотрели на звезды. Наслаждаться ночной красотой было крайне сложно: я вся тряслась от волнения, держа пальцы у рта.