— А я, наоборот, когда папочка Лизаветы прискакал и доложил, что больше приходить к нам не будет, потому что его тесть пронюхал и пообещал лишить всего-всего, если он от нас с дочкой не откажется, меня словно к нему прилепили. До этого, придет или не придет, мне было все едино. Лишь бы деньги давал, а когда узнала, что последний раз, что отбывает навсегда, даже показалось, что влюбилась. Потом, правда, когда другой спонсор нашелся, я о нем и думать забыла. Только Лизка все спрашивала, где да где папочка?

— А ты ей что?

— Уехал, далеко-далеко.

— Куда, например? — посочувствовала ребенку Натка.

— Ну что за проблема, в Америку, — небрежно заявила брошенная мать.

— В Америку? — добродушно удивилась сестра. — А зачем?

— Бизнес! — Татьяна подняла искусно выщипанные брови. — Что, не правдоподобно? А он действительно в основном там тусуется. Правда, последнее время вновь ко мне интерес проявлять стал.

— Тусуется! — Галка укоризненно покачала головой.

— Ну что ты ко мне прилипла. Понимаю, у самой бы было все о'кей, а то… — Женщина взяла бутылку шампанского со стола и разлила остатки в фужеры. — Ладно, давайте за детей, чтобы им в этой жизни больше повезло, чем нам. Я, например, в дочку верю. Кажется, всему ее научила.

— Лизоньке должно повезти, — поднимая фужер над столом, провозгласила Галка, добрая душа. — Представляешь, — обращаясь к Натке, продолжила она, — девочка красавица, умница.

— Да, — быстро сообразив что-то, подхватила Татьяна. — Не пьет, не колется, не курит. — Затем, взглянув проницательно в глаза Натке, будто почувствовав что-то, заверила: — С мужиками не шляется, в общем, почти синий чулок, мечтает о деловой карьере.

— Может, поможешь? — чуть краснея, выдавила из себя Галина, обращаясь к Натке.

Наталья знала, что для себя подруга не попросила бы ее ни о чем.

— Да, кто-то должен запустить ее в эту жизнь, — поддакнула продвинутая Татьяна.

— Запустить, — в раздумье проговорила Натка, соображая, кому бы можно было порекомендовать так расписанную обеими сестрами Галкину племянницу.

— Ну да, как воздушный шарик, — образно пошутила Галка.

— Папочка обещал, но, увы, у него свой взрослый сын… — посетовала Татьяна.

— Не видел ее семь лет, — ища сочувствия, Галина горестно покачала головой.

— Она у тебя что, журналистику закончила? — Наташа вынула из портфеля толстую кожаную записную книжку.

— Мы с ней вместе закончили, — грустно подтвердила сестра Галки и добавила: — Последний год, пока училась, продали и заложили все, что могли.

— У нее антиквариат наших родителей оставался, — пояснила Галка.

— Я даже одного старикашку подцепила, богатенького. Он картинами интересовался и прочей стариной. Меня с ним познакомили, чтобы услугами посредников не пользоваться, проценты им не платить.

— Она его обхаживала, обхаживала, — посетовала Галка, — пока ужасная история не произошла.

— Дай я сама расскажу. — Сестра Галины поднялась, кряхтя и прихрамывая, подражая столетнему старцу.