Что-то подсказывало ему, что в этой жизни они уже не понадобятся.

Глава 11

Друг

Тринадцать лет назад

Влад сидел в автобусе, удобно развалившись на сиденье у окна, и смотрел на мелькающие за окном огоньки уличных фонарей, на светящиеся окна в домах… Он почти отвык пользоваться общественным транспортом, но это оказалось даже неплохо — не ты за рулем, тебя везут! Других пассажиров из-за позднего времени было немного, и это тоже к лучшему: хотелось побыть в одиночестве и подумать. За свою не такую уж долгую жизнь он видел немало, но то, что случилось сегодня, было ни на что не похоже!

Влад вырос неверующим и никогда раньше не задавался вопросами о том, есть Бог или нет. Есть ли у человека душа? И есть ли хоть какой-нибудь смысл в том, что мы приходим в этот мир? Еще сегодня утром он был уверен, что смерть — это конец всему, но теперь…

Он как-то сразу и безоговорочно поверил в то, что действительно видел ангела и разговаривал с ним. Приходится верить в то, что видишь! Но все равно многое было неясно. Если Бог и в самом деле есть, он много о чем хотел бы у Него спросить! Непонятно было, как Он допускает, что в мире творится столько несправедливости, почему погибают хорошие, настоящие парни, а какая-то мразь живет в свое удовольствие и в ус не дует.

Старой, привычной болью, словно потревоженная рана, отдалось воспоминание об Альке. Хотелось крикнуть: «Ее-то за что? Почему я живу и должен жить дальше, а ее нет и не будет?» И снова сжимаются кулаки, сжимаются челюсти — до хруста, до зубовного скрежета…

Нет, так можно с ума сойти! Чтобы хоть немного отвлечься, Влад старался как можно точнее вспомнить слова, что произнес ангел, снова и снова прокручивая их в памяти. «Срок свой не избыли, дело не исполнили…» Если есть какое-то дело, ради которого ему не дали спокойно умереть, надо хотя бы понять, в чем оно заключается.

Вопросов было немало, но вразумительного ответа Влад не мог найти ни на один из них. Думать с непривычки оказалось очень тяжело, хуже любой работы! Свою остановку он давно проехал, но даже не заметил этого.

Автобус все кружил по городу, и в этом было нечто умиротворяющее, спокойное, как в старой песне Окуджавы, что иногда слушала мама. Только там, кажется, троллейбус был…

Когда кто-то сзади хлопнул его по плечу, Влад вздрогнул от неожиданности и резко обернулся.

— Влад! Осташов, ты, что ли? Вот так встреча! А я смотрю — ты, не ты…

Влад потряс головой, присмотрелся внимательнее…

— Серега? — неуверенно спросил он.

— Ну да! Вспомнил все-таки, черт… А я уж подумал — гордый стал, забыл совсем!

Перед ним стоял Сергей Храпов. Именно он в том бою, где Влад был тяжело ранен, помогал ему выбраться из подбитого БТР, а потом, матерясь, вытаскивал из-под огня. А «духи» засели в удобном укрытии за скалой, откуда им все видно было как на ладони, и били в упор прицельным огнем…

— Здорово, сержант, — тихо сказал Влад.

— И тебе здорово! Давно не виделись…

Не обращая внимания на окружающих, они крепко обнялись. Какая-то старушка, пробираясь к выходу, с опаской покосилась на них.

Время перевалило за полночь, когда они осторожно, на цыпочках, входили в Серегину квартиру.

— Проходи, только тихо… Сам понимаешь, квартира коммунальная, всем завтра на работу. Во-он моя дверь, в самом конце коридора!

Влад понял и идти старался осторожно, на цыпочках.