|
Он рухнул в кресло по другую сторону стола от Ника и подался вперед, опершись на свои острые локти. — Спасибо, что пришли. Я знаю, вам сейчас нелегко. Он отодвинулся вместе с креслом и, откинувшись к спинке, закинул ногу на ногу. Постучал пальцами по ребру подошвы, пока техник возился с камерой. — Порядок. — Под объективом замигал красный огонек. — Начали. Назовите ваше имя и занятия под запись. — Ник Эш. Я занимаюсь цифровыми криминалистическими реконструкциями. Ройс, как и большинство других в таких ситуациях, с недоумением посмотрел на Ника. — И что же это такое? — Это попытка восстановить документы, которые были разорваны или измельчены до неузнаваемости. Я разрабатываю системы, которые сканируют отдельные части, а потом на основе алгоритмов восстанавливают их цифровым способом. Идея состоит в том, что их можно использовать как улики. — И вы выполняете эту работу для полиции? — Для федерального правительства — ФБР и других агентств. — Это всегда помогало, когда он хотел произвести на кого-то впечатление. Что касается Ройса, то для него это было всего лишь информацией. — У вас есть допуск к секретным документам? Ник покачал головой. — Это исследовательская программа. Технология еще не получила одобрения. Ройс потерял интерес к этой теме. — Давайте перейдем к событиям вчерашнего вечера. Прежде всего, пожалуйста, расскажите о ваших отношениях с убитым. Ник рассказал все, что знал, начиная со времени их переезда в эту квартиру. Потом сообщил о послании от Джиллиан, о паническом звонке от Брета, о его, Ника, решении проверить по веб-камере, что происходит в квартире, и об увиденном там. Сердцебиение у него усилилось, когда он рассказывал про преследование на лестнице, о жутких минутах на крыше, когда он уже прощался с жизнью. Ройс слушал все это, сложившись в своем кресле, как летучая мышь. В отличие от предыдущего вечера никто рассказа Ника не прерывал. Но Ника это молчание беспокоило больше, чем вчерашняя суета. В комнату не проникало посторонних шумов, он слышал только собственный голос и жужжание видеокамеры. Он закончил и поднял взгляд на Ройса, который, казалось, разглядывал какое-то пятнышко на углу стола. — Ну и история. Это что еще значит? — Как бы вы сказали, вы с убитым были близки? — Мы с ним… были… очень разными. Но мы ладили. — Лаборатория посмотрела компьютер, который мы изъяли из вашей квартиры. Ничего особо не смогли найти, потому что половина вашего жесткого диска явно зашифрована. — Я же вам сказал — я работаю по контракту с ФБР. — А вот компьютер вашего друга, — продолжил Ройс, — тот воистину открыл нам глаза. Вас удивит, если я скажу, что у него там, на компьютере, много непристойных изображений — очень много. Ник чувствовал себя слишком усталым, чтобы притворяться. — Брет любил смотреть порнуху. Он не первый, кто этим занимался, и в этом нет ничего противозаконного. — Он вам показывал свои сокровища? С Ройсом трудно было иметь дело. То он становился надменным — самодовольный идиот с полицейским значком, то корчил из себя прямо отца родного. — У меня была подружка. На Ройса это не произвело впечатления. |
