– И почему не сделал? – поторопила меня хранительница Сердца Кандракара, когда поняла, что сам продолжать я не собираюсь.

– Тут много причин, Вилл. Я поддался эмоциям, пожалуй… Это объяснение будет наиболее правильным, – ответил я, продолжая глядеть в потолок и вспоминать давно минувшие дни чужой жизни.

– Ты уже говорил, что Элион тебя раздражала, – кивнула Вилл. – Дело в этом?

– Не думаю, что тебе будет интересно слушать нытьё о былом в исполнении тёмного мага и узурпатора, – попытался я уйти от ответа.

Слишком тема была… личной. Даже несмотря на то, что я понимал – прошлое настоящего Фобоса – не моё прошлое. И тем не менее, мы уже слишком срослись, чтобы воспринимать его таковым.

– Ну… Если ты хочешь, чтобы всё было честно, я тоже могу тебе поплакаться, – предложила оригинальное решение девочка.

От удивления я даже повернулся к ней. Чтобы тут же увидеть порозовевшие щёки и убегающий взгляд. Ага, понятно – язык сказал раньше, чем голова подумала.

– Знаешь, я на тебя определённо хорошо влияю, вот уже почти подписала меня на роль бесплатного психотерапевта, обернув это так, будто милость оказываешь, – улыбнулся я, показывая, что сказанное не обвинение, а шутка.

– У меня хороший учитель, – вернула ухмылку Вилл, почти не выдав голосом, что всё же смутилась. Почти.

– Да, я такой, – надеваю на лицо маску самодовольного сноба и тут же её снимаю, тяжело вздохнув: – Я не против. Если тебе будет плохо или будет нужен совет, не стесняйся. Может быть, я не самый приятный человек в общении, но тебе я помогу. Если буду на это способен.

Стражница замялась, явно не зная, что на это сказать. Наверное, подсознательно ожидала не такой реакции.

– Ладно, не буду тебя мучить, ты действительно хочешь знать причины моего отношения к Элион?

– Да, – быстро кивнула школьница, но сразу опомнилась: – В смысле, если тебе неприятна эта тема, то я не настаиваю! Просто…

– Просто ты хочешь во всём разобраться? – подсказал я.

Немного подумав, кареглазая красавица уверенно кивнула и с надеждой посмотрела мне в глаза.

– Хорошо, – вновь откидываю голову, глядя в потолок. – Что ж, тогда надо начать немного издалека. Как ты сама могла убедиться, Меридиан не является матриархальным миром, и даже у лурденов, живущих племенным обществом, для которых часто характерна крайняя степень уважения к матерям, всем заправляют мужчины. Ваш друг Калеб, вождь восстания – мужчина, его ближайшие помощники – мужчины, офицеры в армии – мужчины, главы семей тоже традиционно мужского пола. Таковы у нас законы общества, его устои, возникшие в результате естественной эволюции.

– Но правит у вас королева, и тебе, как принцу, это было неприятно… – я говорил, что Вилл иногда бывает очень проницательной?

– Правильно, – хмыкнул я. – Всё своё детство я рос в атмосфере… – щёлкаю пальцами, подыскивая слово, – ощущения второсортности. Разумеется, родители мне этого никогда не говорили, но совсем не сложно догадаться, что тебя считают нежеланным ребёнком, год от года наблюдая метания матери оттого, что не удаётся зачать девочку.

Я ненадолго замолчал, переживая эмоции далёких лет.

– Знаешь, это чувство, когда ты маленький ребёнок и вдруг понимаешь, что своим родителям ты… не нужен? Не так чтобы вообще, но ты не оправдываешь каких-то их надежд и чаяний. Не подходишь по критериям. И всё… – неопределённо повожу в воздухе правой рукой. – Жуткое чувство. До омерзения.

Слушательница меня не перебивала, ловя каждое слово, а я только распалялся, на грани сознания отмечая, что, видимо, настоящий Фобос подсознательно очень хотел этим хоть с кем-то поделиться, и вот теперь его желание выполняю я.