— Да, — кивнул я, выбирая рыбёху посочнее. — И уже устроился на работу.

— Ни хрена себе ты шустрый! — удивился Матвей. — А я тут походил по окрестностям, поговорил с людьми, напросился уже в один отряд. Правда, пока только носильщиком, новичку особо не доверяют, чтобы взять сразу бойцом.

— Ну надо же с чего-то начинать, — успокоил я его. — Не всё сразу, мы только приехали.

— Это да. Да я и не жалуюсь, — пожал он плечами. — Зато посмотрю, как они охотятся, что собирают, что делают. А пока буду тюки со шкурами таскать, заодно подкачаюсь. Ты-то не желаешь присоединиться?

— Пока нет, — ответил я с набитым ртом. — Буду в госпитале пока адаптироваться. А ты там присматривайся, осваивайся, может, потом и я присоединюсь.

— Лады, — сказал он и впился зубами в очередную рыбину, которые быстро исчезали с тарелки и пополняли кучу скелетов на столе.

Плотно поужинав, мы попадали на кровати с книгами в руках. Матвей штудировал засаленный талмуд по монстрам, а я листал книгу по целительству и не заметил как заснул.

Приснился странный сон. Большая комната, стены и пол покрыты белой плиткой, стол в центре, на котором лежит человек с большим разрезом на животе. Люди в белых халатах и масках суетятся, мои руки в резиновых перчатках в крови, девушка в халате и маске подаёт мне какой-то странный инструмент, а я как ни в чём не бывало накладываю зажимы на участок кишечника и начинаю его отсекать странным ножом с коротким и невероятно острым лезвием.

В центре этого участка внутри нащупывается странное плотное уродливое образование. С помощью странного прибора останавливаю кровотечение из небольших сосудов и накладываю зажимы на более крупные, потом прошиваю их кривой иглой, из тупого конца которой тянется фиолетовая нить.

Когда я проснулся от звонка будильника, сначала долго пытался понять, где я нахожусь. Вспомнил странный сон, скорее всего, это было очередное воспоминание из прошлой жизни, в которой я, видимо, лечил людей и таким странным образом.

За окном вовсю светило утреннее солнце и щебетали мелкие птахи. Сегодня у меня первый полноценный рабочий день и я очень надеялся, что доверят что-то более существенное, чем очищение от воздействия Аномалии. Я быстро умылся, закинул в желудок кусок батона, запив его молоком, оделся и бодрым шагом выдвинулся в сторону госпиталя. Амуниция и оружие остались в углу за кроватью, сегодня они мне не пригодятся.

В приёмном отделении снова царила суета, хотя уже далеко не такая, как вчера. Похоже, привезли новых пострадавших и раненых из зоны Аномалии. Наверное, это происходит круглосуточно и непредсказуемо. Несмотря на ранний час, а я пришёл на двадцать минут раньше, чем надо, Герасимов уже бегал между пациентами и старался помочь тем, кто пострадал больше всех. Увидев меня, он жестом поторопил, чтобы я переодевался и присоединялся к процессу.

В ординаторской я столкнулся с ещё одним целителем. На моё приветствие он никак не прореагировал, быстро нацепил халат и убежал. Я поспешил в сторону приёмного и подошёл к Герасимову в ожидании распоряжений.

— Так, готов? — спросил Анатолий Фёдорович, критически осмотрев меня с ног до головы. — Задание прежнее, занимайся, работы много.

— А раненых? — спросил было я, но он снова не дал мне договорить.

— Ты что, нарываешься, мальчишка? — чуть ли не закричал он.

— Извините, задание понял, иду выполнять, — сдержанно ответил я.

— Вот и иди, не нервируй меня! — бросил он и подошёл к следующему, стонущему от боли пациенту.

Наверное, он будет так меня мариновать, пока не убедится, что я подхожу. Ну что ж, чистить, так чистить. Наберёмся терпения и вперёд.

Жёлтый стикер был сегодня почти на всех, так что работы хватит намного дольше, чем моего запаса энергии.