— Так, господа приезжие, — начал речь Стас. — Давайте договоримся сразу: никакой самодеятельности и погони за тварями в отрыве от отряда. Мы должны держаться строго вместе, никаких разбреданий, даже чтобы отлить. Увидели мелкого монстра рядом — мочите. Если что-то более серьёзное — слушайте мою команду. Всем всё понятно? Идем вдоль границы Аномалии на запад, в глубину никто не уходит. Особенно тебя это касается! — последняя фраза была адресована недовольному члену его команды.

Никто не стал возражать против лидерства Стаса в отряде. Да и смысл какой? Он знает гораздо больше нас, пусть и ведёт. Тем более что он всё по делу пока говорит, значит, руководить подобными вылазками ему не впервой. Свои ребята его слушали безоговорочно, а они, по сути, костяк нашей группы.

По мере приближения к дрожащему мареву, менялось всё вокруг. Земля становилась всё светлее и приобретала красный оттенок, местами с сиреневым отливом. Трава и деревья стремительно мельчали, зелень становилась сизой. Я даже не заметил, как застилающее всё впереди марево вдруг исчезло.

Мы вошли в Аномалию.

Здесь растительность снова начала набирать размеры, только теперь все растения казались незнакомыми. Я активировал нейроинтерфейс для идентификации трав и другой зелени, которая чаще оказывалась синей или бордовой. Прямо под ногами и, правда, попадались интересные экземпляры, за которые знающие люди не жалеют денег, но остальные по незнанию проходили мимо.

Хорошо быть со справочником в голове.

Я старался не сбавлять шаг, сорвав пару ещё не распустившихся лиловых горицветов и запихнув их в боковой карман рюкзака. В сеть из зоны Аномалии не выйдешь, а интерфейс намекал на их внушительную цену именно в этой фазе развития.

Я потрепал рукой карман рюкзака и улыбнулся. Мои кормильцы, пусть вас сегодня будет много! Ещё несколько таких и я смогу купить кристаллы для перехода на третий круг. Только не тут-то было, мы шли и шли, а больше ни одного такого цветочка. Я видел, как другие тоже срывали какие-то травы и клали себе в рюкзак, значит, этим поровну делиться не надо.

Стас всё это время шёл впереди и постоянно озирался. Мне тоже было тревожно, всё-таки первый раз в столь опасном и столь же легендарном месте. Наконец Стас резко остановился и поднял руку вверх, все остановились и замерли. При этом, не сговариваясь, проделали это дружно.

Что он увидел, интересно? Я видел только редко стоящие невысокие корявые деревья, мелкий кустарник и траву неестественного цвета, растущую клоками на красной земле.

Стас ещё раз огляделся и показал пальцем на север. Приглядевшись, я увидел едва различимую тропинку. Точнее, это даже была просто вереница старых следов. Мы пошли по ней, постепенно отдаляясь от границы и углубляясь в Аномалию. Непонятно, он ведь говорил, что вглубь не пойдём. Пётр начал было ворчать по этому поводу, но Стас шикнул на него, снова поднял руку и остановился.

В зарослях кустарника впереди послышались какие-то шорохи, потом они стали громче и доносились со всех сторон. По примеру Стаса все сбросили рюкзаки и взялись за оружие. Я взял поудобнее в руки протазан, а рюкзак прислонил к небольшому деревцу рядом с тропинкой, чтобы не потерять потом.

— Все приготовились к бою! — крикнул Стас, хотя и так все понимали, что сейчас предстоит. — Рассредоточиться фронтом!

Игольчатых волков я до этого видел только на картинках. Насколько я помню, это монстры первого круга, по идее, по силам каждому из нас. Проблема была только в одном — в их количестве. Меньше, чем за минуту их высыпало из кустарника десятка три.

В сумерках их, наверное, и не отличишь от обычных волков, только что размером побольше, а сейчас было видно, что вместо шерсти их покрывают иглы длиной до десяти сантиметров, которые топорщились на загривках всё сильнее по мере их приближения к нам.