— Иди за мной, — сказал Герасимов и провёл меня между стеллажами, остановившись перед очередным. — Вот эта полка твоя. Здесь всё, что тебе надо узнать и прочитать в ближайшее время, это самые фундаментальные знания, без которых просто никак. Почерпнёшь для себя много нового. У тебя на всё про всё ровно неделя.

— Вы шутите? — спросил я, почувствовав, как у меня невольно вытянулось лицо. — Да мне тогда тут эту неделю тут жить придётся.

— Вот и живи здесь, — усмехнулся Анатолий Фёдорович. — Тебе никто не помешает, я уже распорядился по этому поводу. Через неделю проверю, как ты усвоил.

— Понял, принял, — ответил я и обречённо вздохнул, а у самого уже руки чесались схватить с полки первую попавшуюся книгу. — Можно приступать?

— Можно, — кивнул целитель, внимательно глядя мне в глаза. Неужели он заметил, что мой обречённый вид лишь маска? — За тем стеллажом письменный стол, можешь взять книги и сесть туда. С собой выносить отсюда ничего нельзя, это строго-настрого запрещено, но в столе есть писчая бумага, ручка и карандаши, можно конспектировать чисто для себя. Давать читать свои заметки сторонним лицам тоже нельзя. Думаю, ты меня понимаешь и не подведёшь?

— Ни в коем случае, Анатолий Фёдорович, — улыбнулся я. — Я сюда пришёл учиться, а не расхищать и распространять собственность библиотеки госпиталя.

— Вот и молодец, дерзай, — сказал он и направился на выход.

— А как, — начал я, собираясь поинтересоваться, как потом закрыть за собой дверь.

— Просто захлопнешь дверь и дёрнешь за ручку, она закроется сама, там такой хитрый механизм.

— Понял, спасибо, — ответил я, но дверь за целителем уже закрылась и тут же сработали запирающие устройства.

Ну вы что, подумали, что дали мне непосильную задачу? Ха! Здесь вы глубоко заблуждаетесь! Ведь не зря у меня есть вживленный нейроинтерфейс — пора бы и ему поработать на благо мне.

Глава 16

Оставшись в библиотеке один, я чуть не запрыгал от радости, но, конечно, сдержался, как и полагается при моем воспитании. Наконец-то я до неё добрался. Изучить всё, что хочется, я обычным способом, естественно, не успею, но ведь у меня есть и необычный способ. Вот когда поблагодаришь судьбу, что родился в такой могущественной семье. Мой нейроинтерфейс — один из самых передовых в империи. Именно он сейчас и будет выручать меня с этой проблемой.

Жаль, конечно, что память прошлой жизни в этом деле тоже не помощник. Все же мы там исцеляли совершенно другими методами, и как бы я ни пытался их воплотить здесь, ничего из этого не выходило. Просто особенности другого мира. Зато тут я познал тонкости человеческого тела куда глубже, чем раньше. Ведь в прошлой жизни все упиралось в тонкости использования магической энергии, что вполне компенсировало все остальное. Как знать, возможно, будь у нас больший акцент на таких, казалось бы, «незначительных» вещах, то и ту жизнь я прожил бы иначе.

Ладно, прочь сожаления, у меня сейчас иная задача. Да и прошлая жизнь на то и прошлая, чтобы остаться где-то там. Меня же ждет настоящее и возможное будущее, к которому надо подготовиться.

Я выбрал книги, которые меня интересуют больше всего, положил их на стол и открыл первую, включив режим сканирования. Когда информация с разворота книги оказывалась полностью перенесена в систему, звучал короткий «бип», и я сразу переворачивал страницу. Таким образом, до сумерек я успел «прочитать» больше десятка основополагающих трудов. Пожалуй, на сегодня хватит, надо вернуться домой, пока совсем не стемнело.

Герасимова я не встретил ни в коридоре, ни в ординаторской, ни в приёмном покое, где дежурная бригада трудилась над недавно поступившей партией пострадавших из Аномалии — этого добра тут всегда хватало.