— Так и здесь нечего переживать, — вставил Матвей. — Он атаковал, ты защищался. Кроме того, его присутствие здесь уже подтверждает версию, что именно Салтыковы занимаются нелегальными экспериментами на территории Аномалии. Иначе его сынку здесь и делать нечего.

— В этом ты прав, дружище, — кивнул я. — Но живой он был бы для нас всё же полезнее.

Я решил всё-таки попробовать. Мне не раз приходилось заводить уже остановившееся сердце, можно попробовать и в этот раз, хуже уже не будет. Я положил ладонь на область сердца Виктора Салтыкова и направил в него мощный поток целительной энергии, продолжая при этом сканировать и следить за его состоянием.

Сердечная мышца дрогнула, потом начались беспорядочные сокращения — фибрилляции, но я не сдавался и продолжал вливать целительную энергию. Проскочило одно нормальное сокращение желудочков, потом ещё одно, потом всё затихло, прекратились даже фибрилляции.

— Не хочешь, — прошипел я сквозь зубы. — Тогда давай так.

Я направил в миокард несколько небольших разрядов, и мне удалось получить полноценное сокращение, а дальше снова тишина. И так повторилось несколько раз. Я постепенно увеличивал энергию разряда до тех пор, пока сердце совсем не перестало на них реагировать.

— Всё, — сказал я, поднимаясь с колен.

— Что всё? — переспросил Стас. — Оживил?

— Нет, не получилось, — ответил я. — Идём дальше, нам надо поторопиться. Стрелять всем только по ногам или в живот, тогда есть шанс их вылечить и передать имперским службам.

— А если кто сам лапки вверх? — спросил Матвей.

— Ну мы же не звери какие, на этих наручники, и всё, над пленными не издеваемся, — сказал я, поглядывая на дверь, ведущую дальше. — Странно, что княжич передвигался один, без охраны.

— Так он же тут, считай, как дома, — усмехнулся Стас. — Мы же дома тоже не всегда ходим за тобой по пятам.

— Теперь, наверное, придётся, — сказал я. — Когда Салтыков узнает, что разнесли его базу в Аномалии, сразу поймёт, кто это сделал и захочет отомстить.

— Нападёт на завод? — спросил Матвей.

— Не завод же его сына и единственного наследника убил, а я, — мрачно ответил я с грустной ухмылкой. — Хотя, для Виктора так может даже и лучше. Когда всё вскроется и обо всём узнает император, участь Салтыковых будет незавидной. Мы слишком долго задержались, идём дальше.

В этот момент послышались новые шаги из коридора, из которого мы сюда вошли. Все сразу притихли и уставились на дверь, которая была не закрыта, оставалась небольшая щель. Я чувствовал, как по пальцам правой руки бегают мелкие разряды, готовые сорваться в любой момент.

Дверь резко распахнулась, и на нас уставились сразу три автомата бойцов Федулова.

— Ух, — выдохнул тот, кто стоял первым, и все опустили оружие, входя в комнату.

— Там, куда мы пошли, находились пара лабораторий и зверинец, — доложил маг, который командовал группой. — Оттуда есть ещё один выход в овраг, чуть дальше.

— Нашли что ценное? — спросил я.

— Парочку учёных и одного мага пришлось уничтожить, — развёл он руками. — Не ожидал такого, но они яростно сопротивлялись, у нас двое раненых.

— Раны я сейчас посмотрю. А документы, жёсткие диски? — спросил я.

— Это всё удалось получить, — сказал маг, подзывая бойцов.