— Ваша Светлость, а тяжело научиться перлами управлять, так же как Вы? — поинтересовался Степан, когда пацанва, подхватив лодку умчалась в сторону озера Велье.

— Как тебе сказать, чтобы не соврать? — задумался я над вопросом, потому что умение мне досталось по наследству от предшественника. — У меня в Царскосельском лицее порой было много времени и я, вместо беготни с одноклассниками, познавал сначала личностную сущность, а затем учился взаимодействовать с эссенцией.

Вот как глухому объяснить красоту музыки? И как слепому рассказать насколько величественны горы? Если честно, то хреновый из меня учитель артефакторики.

Тут мне в голову пришла мысль:

— Степан, если тебе действительно интересны перлы, то загляни ко мне вечером. Ко мне намедни с Михайловской губы двое твоих ровесников приехали. Думаю, они лучше меня расскажут тебе с чего начинали и как учились обращаться с перлами.

— Князь, а есть возможность мне перл получить? — поинтересовался парень, выслушав меня. — Вы не подумайте, я от работы с мебелью не отказываюсь. Просто, с перлами можно такие фантастические вещи сделать, что ни у кого такой мебели не будет.

— Степан Ильич, — осадил я пацана, — не загадывай наперёд, а зайди ко мне вечером и поговори с Максимом и Николаем.

А ведь он зайдёт. И не один раз. По глазам видно, как его возможности артефакта изумили.

* * *

Ивелич Николай Маркович приехал под вечер.

Хорошая штука, связь. Попросил Пещурова поручику моё приглашение в Велье передать, и вот он, тут как тут. Приехал, глаза горят, но не торопит меня, более того, начал с купчей, заверенной у стряпчего. Так что Верхнекамские соляные шахты теперь мои. Осталось лишь перл гвардейцу сформировать. Откладывать я не стал, и перл был готов ещё до ужина.

— Чуть не забыл! — налюбовавшись приобретением и успев его опробовать на заднем дворе, восстановив поломанный ржавый плуг, вспомнил вдруг Ивелич, — У меня же записка от капитана Зуйкова для вас привезена. Совсем из головы вылетело, — кинулся он к своему саквояжу, — И где же она… Вот, нашёл!

Капитан Зуйков был краток. Он казённым языком изложил, что следствие по делу Шешковского завершено, и никакому преследованию он подвержен не будет, так как умер от инфаркта в момент ареста. Поэтому если я желаю выразить свои претензии, то мне следует срочно прибыть в Петербург.

Эх, и чего поручик днём приехал? Снова мне придётся пацанов просить лодку с Велье притащить.