— При чём здесь я. Я лишь Формирователь той магии, которая пришла к нам в мир и не более того, — добавил я пафоса в нашу беседу, понимая, что клиент созрел полностью и терять время дальше — только портить уже достигнутое, — А казачка и Орлика под седлом завтра поутру присылайте. Скажем, часам к десяти, — откланялся я с некоторым трудом поднимаясь из-за стола.

Всё-таки, переел.

* * *

Не успел я зайти в дом, как следом пожаловали два брата-акробата. С запашком, мятыми лицами и двухдневной щетиной, но в целом невредимые. В принципе, я догадывался, что они обмывали свои Малые серебряные звезды «За храбрость» среди военных, которых в Пскове не мало, но то, что в городе в течение пары суток на удивление тихо, внушало опасение.

— Вы где пропадали? — полюбопытствовал я.

— Ты не поверишь, князь, — начал Пётр Исаакович, тяжело опустившись на один из стульев у стола, — Но мы двое суток у цыган жили.

— Откуда в Пскове цыгане? — прыснул я, не поверив дяде.

— А где их нет? — послышалось в ответ.

— Логично, — согласился я с железобетонным доводом. — Надеюсь за вами табор не припрётся? Цыганских девок не трогали?

— Не-е, к цыганкам не приставали, но я кажется, — взгляд Петра забегал по сторонам, — У них медведя саблей до смерти покромсал. Как думаешь, племяш, сколько нынче медведь стоит? Мне сказали, что не меньше ста рублей серебром. Это правда?

— Понятия не имею почём нынче медведи, — ответил я и посмотрел на Павла.

Тот с постным лицом стоял за Петром и вдруг озорно подмигнул мне правым глазом.

— Сашка, а ты можешь перл сделать, который на человека наведёт иллюзию медведя? — уже с мольбой в глазах вопросил Пётр.

— В теории можно, — начал вслух размышлять я. — Если использовать перл Света и с его помощью спроецировать на тело человека изображение медведя, то должно получиться. Только тот, кто будет играть роль медведя не должен на корячки вставать — иначе подмену быстро обнаружат. Медведь хоть и похож по строению на человека, но походки получатся разные.

— Ну, всё. Сил моих больше нет терпеть, — заявил Павел Исаакович, не в силах сдерживаться. — Пошутили мы с цыганским бароном над тобой. Проспал ты пьяный почти сутки, а мы тебя медвежьей шкурой укрыли, да сказали, что это ты его порубил.

— А как же медвежье сердце, которое я кушал? — с сомнением посмотрел Пётр на брата.

— Да бычье то сердце было. Успокойся уже, — заявил Павел Исаакович. — И вообще, проспаться тебе нужно, братец. Ну и за глупую шутку прости.

— Надо завязывать с вином, — потупил Пётр очи в стол.

— Угу, зарекалась свинья жёлуди не жрать, — хмыкнул Павел. — Князь, у тебя есть на чем поспать? Ну, или хотя бы сеновал какой-никакой?

— Рядом с залом в комнате две кровати для вас приготовлены. Устраивайтесь, — кивнул я в сторону их спальни. — Я пока с другой стороны зала себе спальню присмотрел. Потом разберёмся, как лучше комнаты распределить.

Никогда не запоминаю сны, но сегодняшняя ночь была исключением. Весь сон под улюлюканье цыган я убегал от медведя. Закончилось всё тем, что я взобрался на липу, и подо мной обломилась ветка. Очнулся я, как и полагается, на полу.

— Саша, у меня либо галлюцинации, либо во дворе человек-невидимка ходит, — склонился надо мной Серёга.

— Как у галлюцинации могут быть галлюцинации? — проворчал я. — Это ты меня с кровати скинул?

— Ни за что не воспользовался бы твоим телом без спроса, но тут случай экстраординарный, — прошептал тульпа. — На земле сегодня изморозь, так во дворе человеческие следы появляются, а на уровне головы пар виднеется, как при дыхании.