К полуночи, в Аркаде, ему пришлось признать, что маленький озорник хорошо знал правила игры. Даже слишком хорошо. Они сошли с самолета в Аркаде, но не сели на рейс в Крешент Сити. Он обошел все авиалинии, компании по прокату машин, стоянки подержанных автомобилей, такси, автобусы, даже лодочников в извилистой бухте. В результате он решил, что они автостопом поехали на юг или восток, а не на север. Он готов был поспорить, что они стояли, где-то рядом с автомобилем, который Малчек высмотрел на стоянке в аэропорту, открыв капот и изображая поломку. Приближался лихорадочный конец лета, и город был переполнен туристским транспортом и приезжими. Они выбрали подходящее место: оживленная трасса, туристы, жара и легкомысленный сезон. Теперь ему придется либо опять носиться вокруг, задрав хвост, тратя деньги и оставаясь открытым для удара, или связаться со своим человеком в департаменте. Рискованно, но выбора не было. Время поджимало. По правде говоря, у них времени было больше, чем у него.

Он стоял, уставившись на карту в автобусной станции. Неразборчивая за грязным пластиком, она все же показывала, против чего он играл. Целый проклятый штат Калифорния, где все отлично проводят время. Миллионы людей в движении.

Он вытер рукавом пот с лица и, постукивая газетой по бедру, наблюдал за ленивым танцем пчелы по пластиковому покрытию карты. Она стукнулась, потом отлетела, опять стукнулась и отлетела.

Как Малчек, двигаясь, двигаясь.

Внезапно злость охватила его, и он изо всех хлопнул газетой по стене, превратив пчелу в бесформенное пятно. Какой-то старик, ворча, обернулся на шлепок и зашаркал дальше. Пчела расползлась широкой полосой. Он был так поглощен своей радостью от уничтожения воображаемого Малчека, что вовремя не заметил легкого прикосновения к руке. Когда он спохватился, вторая пчела успела ужалить его несколько раз.

Выругавшись, он смахнул ее прочь, и глянул на руку. Между костяшек уже набухал волдырь, и он автоматически пососал укушенное место. «Может быть, это урок, который полезен нам обоим, Малчек», – подумал он, шагая к автобусу на Сан-Франциско.

Не терять хладнокровия и следить, кто у тебя за спиной.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Шум беспокоил Малчека. В конце концов он выбрался из кровати, чтобы в который раз бросить взгляд на пустую улицу. В комнате было холодно, и он подумал, что почему-то так и не смог привыкнуть к пижаме. Снаружи никого не было, только дорога, светофор и пустая коробка из-под сигарет на кромке травы. Была ли она там раньше? Майк протер глаза и направился в ванную, чтобы выпить таблетку аспирина. Он не заметил, как вода полилась через край стакана, и вытер руку, прежде чем вытащил таблетку из почти пустого пузырька. Случайно он взглянул на себя в зеркало и поморщился. Наверно, из-за усов его лицо казалось таким белым. И из-за темных кругов под глазами.

Возвратясь в комнату, он снова выглянул в окно. Он был уверен, что сигаретной пачки там раньше не было. Может быть, он услышал шум, когда кто-то проходил мимо. Может быть, этот кто-то выбросил пустую пачку. Кто это был?

– Майк, – позвала Клер тихим голосом. Она научилась говорить тихим голосом, чтобы не заставлять его бросаться к револьверу или к двери.

– Все хорошо, крошка, спи.

– Легко сказать, но не можешь же ты ожидать, что я смогу заснуть, когда ты стоишь против света абсолютно раздетый. Сон – не совсем то, что приходит мне в голову.

Он улыбнулся и, подойдя к кровати, поцеловал ее и лег рядом. Когда он обнял ее, Клер поняла, что он слишком измотан, и не стала повторять намек. Прижавшись к его плечу, она почувствовала его острые кости.

– Ты, вообще, спал? – спросила она через минуту.

– Конечно, я просто вышел в сортир. Спи.

Но ее глаза оставались открытыми и смотрели в окно. Что он увидел за окном на этот раз? Она научилась не задавать вопросов.