— На планере? — усмехнулась.

Вит загадочно посмотрел на нее, и она могла поклясться — улыбнулся, хоть губы не дрогнули.

— Ну-ка, рассказывай — что задумал?

— Не собирался.

— Тогда отчего уверен, что домой попадем?

— А когда наши своих бросали?

— Есть ситуации выше наших желаний.

— Не тот случай. Все продумано и отработано. Главное сейчас любой летательный аппарат захватить, желательно, скоростной.

— Значит, воздушный шар и дирижабль тебя бы не устроили?

— Меня? Меня все устраивает, — хмыкнул. — Но для возврата мы должны иметь летательный аппарат с исходной скоростью не менее трехсот километров в час. Воздушный шар ее не разовьет.

— Да, слабо. Только разница с какой скоростью летаешь, если дальше этого мира не улетишь.

— Пессимизм отставить. Наберись терпения и все будет.

— Темнишь?

— Страхуюсь. Почему — объяснять не надо?

Стася головой мотнула: ежу ясно, что секрет только тогда секрет, когда одному принадлежит. И выдавать раньше времени чревато. Никто не знает, что ждет его за поворотом. А ну, возьмут туже Стасю и, она выдаст, что узнала — с того же Локтен станется преобразователь мыслеформ включить или какого-нибудь заумного «жучка» ей в голову пустить, информацию считать. Ему и захочешь воспротивиться, да не сможешь. И выдашь. И планы команды порушишь, подставишь их. Конечно, одному владеть информацией тоже чревато, но Вубс, на то и ВУБС, что в настройках имеет массу взаимодополняющих и заменяющих программ. Хоть один чипсет от него останься — сможет радировать настройку другому чипсету, в любой другой схожей системе, передав полную программу которой владел сам. Так что случись, что с капитаном — информация перейдет в программу Дон, случись с Дон — к Киру.

Удобно, оптимально выгодно для походов в неизвестность в потенциально опасную зону. Правильно отдел роботов пустил. С человеком оплошать можно, с роботом — нет. Те и подстрахуют и выведают и выведут, спрогнозируют и информацию доставят. Нано-биологическая технология более устойчива и сильна, чем обычный человеческий организм. Ни стрессов, ни сомнений, ни подверженности настроению, энергоинформационному полю, чужому влиянию. Да и вирус робот домой не принесет — сам себя дезинфицирует, от стресса крен извилин не получит, от голода и жажды не умрет, ранения перенесет без срыва системы и перераспределения целей.

Одно плохо вариабельности нет. Сказал — иди — идет, стой — стоит.

Но и здесь Оуроборо подстраховались — последние экземпляры с гибкой системой почти идентичной человеческой психологической структуре в параллель пустили. Этим можно «стой» сказать, не факт что послушают, а могут и сами остановить. Потому что цель — программа у них как маяк — туда идти, а каким путем, решают сами.

Лучших проводников и охранников еще не придумали.

Стася шагала и думала — хорошо быть роботом, в тупую выполнять приказы и ничего не чувствовать при том, ни стоять перед мучительным выбором. Ведь Вит прав — нельзя Тео брать с собой. Но что его ждет, оставь его — рудники, смерть? Не помилуют точно. Не знают здесь ни милости, ни милосердия. И она, она причина его неприятностей, она сбила его с пути, отвратила от цели, пусть призрачной, но его. Вырвала парня из привычного круга и бросила, предала — вот что выходит.

Как с этим жить — понятия не имела. Как справиться с собой, смирить мятеж в сердце и душе, отдав себя не любимому, но долгу? Чем оправдать и оправдаться? И как груз на плечи свалился, придавил — шаги все медленнее тяжелее.