— Я пошутила, папа. И я против. Мы занимаемся этим делом вместе. Кроме того, я давно хотела побывать на выставке часов.

Джейк с беспокойством принялся обдумывать ситуацию. Если есть какая-то опасность, Британский музей, место публичное и очень популярное, лучше всего подходит для встречи такого рода. Вполне возможно, что Бальсавар тоже так считает.

Мелисса заметила, что он ест.

— Кстати, я принесла тебе ацидофилин. Он полезен для пищеварения.

— С моим пищеварением все в полном порядке, а проблемы у меня от язвы.

Однако он неохотно взял у нее бутылку, хоть и не собирался пить ничего такого, где в названии есть «ацид».

Снаружи Британский музей выглядел как самый жалкий в Западном полушарии образец греческого Возрождения, выполненный в бетоне.

«Но, как говорится, встречают по одежке, провожают по уму», — подумал Джейк.

Здесь хранились украденные сокровища исчезнувших королевств, которые знаменитые британские мореходы и путешественники — со времен величайшего из всех монархов, Елизаветы I, до безумного короля Георга III и неподвластной времени Виктории — собирали ради славы империи по всему миру. Много лет назад, когда Джейк впервые приехал в Лондон, он провел здесь несколько часов, разглядывая пентелийский мрамор: вне всякого сомнения, самую прекрасную коллекцию скульптур всех времен и самую невосполнимую потерю Афин. А еще Розеттский камень, потрясающую коллекцию египетских мумий и много всего другого.

Они без проблем нашли экспозицию, посвященную истории часов, если не считать проблемой толпы людей, через которые им пришлось протискиваться. Джейк был занят тем, что искал глазами Бальсавара, не обращая ни малейшего внимания на выставку, в то время как Мелиссу заворожило разнообразие инструментов и механизмов. Поразительное изящество некоторых из них, особенно старых немецких музыкальных часов, потрясло ее. Она так увлеченно слушала короткие музыкальные пьески и менуэты, что почти забыла, зачем они сюда пришли. Джейка, следившего за каждым новым посетителем выставки, постепенно начало охватывать нетерпение. Среди них не было человека, которого они видели в «Глобусе». Наконец, через час после назначенного времени, Джейк посмотрел на свои часы. Было почти одиннадцать.

— Пошли, — сказал он. — Он не придет.

— Похоже на то, — ответила Мелисса, которая уже устала от обилия часов. — Мы можем выпить где-нибудь кофе?

— Я боюсь, с ним что-то случилось.

Когда они вышли на улицу, их тут же со всех сторон окружили толпы людей — в Лондоне наступил час ланча. Небо у них над головами было пугающе черным, но дождь прекратился. На противоположной стороне улицы Джейк заметил темную, крупную фигуру мужчины, которого он уже видел раньше: именно этот человек следил за ним два дня назад, а также вчера в «Глобусе», как раз перед тем, как кто-то передал Бальсавару записку с угрозой. Может быть, он был там не один, а с сообщником, которого Джейк не заметил?

— Мелисса, — произнес он очень тихо. — Не смотри, но мне кажется, что за нами следят. За последние несколько дней я видел этого мужчину дважды и вчера в «Глобусе» тоже.

— Где? — Не обратив внимания на его предостережение, Мелисса тут же с тревогой проследила за его взглядом, но мужчина на противоположной стороне улицы уже повернулся и уходил. — Ты уверен? Возможно, это обычное совпадение. — Она пожала плечами, показывая, что склоняется к тому, что это именно так.

Сунир Бальсавар знал, что у него серьезные неприятности. В течение последних двух часов за ним кто-то следил, и он не осмелился привести его за собой в Британский музей.