Обе фигуры были высотой не менее пяти метров и выполнены так искусно и точно, что невольно наводили трепет. Сумрачный мастер постарался на славу и придал деталям невероятную точность.

С одной стороны стоял худой старик в монашеском одеянии. Вместо лица — череп, обтянутый потрескавшейся кожей. В руках у старика покоился посох, украшенный навершием в виде крюка. С другой стороны стояла фигура чудовища. Человеческое тело с собачьей башкой с раскрытой пасть. Монстр держал в руке цепь, которая свешивалась до самого пола.

— Это еще что такое? — только и смог вымолвить я.

— Нехорошее место, — повторила Лисенок и только теперь я понял, что она до чертиков напугана, только старается не подавать виду.

— Дарья… — позвал я сестру.

— Эта луна, — произнесла девушка, указывая на центральную печать. — В ней словно частичка настоящей луны.

— Нам нужно уходить. Не нравится мне эта дверь. Еще более не нравятся мысли о том, что может быть за этой дверью.

— Я должна посмотреть печать, — сказала Дарья.

И не дожидаясь ответа пошла вперед.

Но не прошла и пяти метров, как черная магическая волна, мощная, всепоглощающая, рванула со стороны дверей и накрыла нас. Я ожидал, что будет неприятно — покалывание лица, может быть, несильная отдача. Скорее всего какое-то защитное заклятие. Но волна оказалась такой сильной, какую я никогда до этого не испытывал.

В глазах вспыхнуло пламя, а потом мгновенно потемнело.

И реальность начала таять и рассыпаться на куски. Однако на ее место тут же начали приходить какие-то странные обрывки то ли видений, то ли снов, то ли еще чего-то такого, чему и названия нет.

Я видел надвигающуюся с горизонта черную непроглядную тучу, в которой было зло. Это просто пришло как понимание, без всяких видимых причин. Туча накрывала города и в тот же миг от них не оставалось ничего, лишь руины и смерть. Невероятная сила. И неостановимая.

Я слышал крики людей, детский плач, мольбы о помощи. Но туча все шла и шла, не останавливаясь ни на минуту.

Обжигающая пощечина привела меня в чувство. Я раскрыл глаза и в тот же миг что-то влажное, мягкое начало облизывать мне лицо. Надо мной нависли Лисенок и Пушок. Первая растирала ладонь, которой огрела, второй радостно высунул язык, готовый вновь его применить.

— Как вы себя чувствуете, мой господин? — спросила девушка.

— Нормально, — сдавленно ответил я.

С трудом поднявшись, я осмотрелся.

— А где Дарья?

— Она сказала, что отсекла ложный зов и нащупала истинный голос луны.

— Чего? — не понял я.

— Она нашла путь назад.

Мы пошли прочь от этого проклятого места. Что там за дверью я даже знать не хотел, но понимал: высвободишь это — и уже точно никогда не остановишь, потому что не хватит никаких сил.

Тяжелая контузия проходила нехотя. Морозило виски. Но после небольшой пробежки, которую нам устроила Дарья, боль, слабость и головокружение нехотя отступили. Теперь мы начали заметно подниматься — путь был трудней и забираться было тяжело. Пару раз мы останавливались, но не для того, чтобы уловить след — сестра его чувствовала теперь безошибочно. Мы ждали, когда успокоятся ходы, перейдут в спокойное состояние.

В какой-то момент я начал чувствовать, что воздух становится не таким спертым, пахнущим землей. Казалось, что где-то рядом есть приток свежего кислорода.

Не ошибся.

Пройдя еще несколько сотен метров, я вдруг увидел впереди слабы свет.

— Лестница! — выдохнул я, не веря собственным глазам.