— Вот тут — около килограмма камней, — я протянул Собакевичу куль с добытыми артефактами.

— Камней? — не понял собеседник, растеряно взирая на грязную куртку, в которую были сложены ценности.

Да, со стороны это наверняка выглядело не очень — не чемодан с деньгами и не ларец с золотом.

— Артефакты, — пояснил я. — Черный аконит.

— Черный аконит⁈ — не поверил собственным ушам Собакевич.

— Он самый.

Он вновь глянул на куль, но уже совсем другим взглядом.

— Где вы столько взяли?

Верно, килограмм черного аконита, редкого артефакта, который на рынке можно продать за кругленькую сумму, теперь пленил взор.

— Это к делу не относится. Вам лишь нужно знать, что камни законные. Ну так что, наша сделка считается состоявшейся?

— Конечно! — тут же выдохнул Собакевич.

— Тогда верните вексель.

Трясущимися руками Собакевич извлек бумагу с гербовой печатью из внутреннего кармана пиджака. Протянул мне. Я взял ее, сам отдал камни.

— Какие огромные! — глава рода не сдержался, запустил руку в куль, достал наугад один из камней.

За такой, при наличии хорошего покупателя, можно выручить тысяч семьсот, не меньше. А если еще и огранку заказать, то все восемьсот.

— Вопрос с долгом снят! — радостно произнес Собакевич.

— Вот и отлично, — ответил я и на его глазах разорвал вексель.

Собакевич на мгновение растерялся. Даже открыл рот. Еще бы! Я только что разорвал двадцать пять миллионов. Но за эти деньги вернул во владения рода его дом. Так что сделка честная.

— До свидания, — только и смог выдавить из себя Собакевич.

— Прощайте, — не скрывая презрения, бросил я.

И пошел в дом.

Итак, вопрос с Собакевичем решен. Оставался только Искариот. И вопрос это весьма важный. Жизненно важный.

Биться с ним едва ли получится. Первая попытка была не самой удачной и только вмешательство Кривощекина позволило избежать смерти. А значит мне нужна защита. Причем мощная. Наемники? Маловероятно, что даже самые сильные способны помочь. Но от них я все же не буду отказываться, они нужны будут чтобы отсекать мелких уродов, типа Велимиры, Амадея или Бориса, если тем вдруг вздумается вновь открыть против меня рот.

А вот какое-то мощное защитное заклятие вполне сгодилось бы.

Это позволит мне выиграть время, за которое я попытаюсь до конца разобраться в том, кто же такой Искариот, зачем ему Агхара и самое главное — как уничтожить этого гада. А у кого, как не у арахнидов искать хороших магов?

Я глянул на часы. Самое время.

Под предлогом позвать Ирину Кривощекину на вечеринку, я позвонил им. И именно в тот момент, когда ее не было дома — я знал, что она сейчас сидит в клубе художников, где рисует очередное «творение». На самом деле мне она сейчас не нужна. А необходимо как бы случайно переговорить совсем с другим человеком. Ведь намерено просить помощи у аристократа, тем более арахнида, значит невольно вновь влезть в долг, пусть и не денежный.

Я глянул на разорванные бумажки от векселя — новых долгов мне сейчас точно не нужно.

Трубку взял дворецкий и я долго его пытал глупыми расспросами, пока наконец не услышал, как на заднем фоне раздался голос Кривощекина старшего.

— Кто там не дает нам покоя?

— Это господин Шпагин, — размеренным басом ответил дворецкий.

— Шпагин? Ну-ка, дай трубку. Алло! Александр, добрый день!

— Здравствуйте! А я Ирине звонил, хотел на вечеринку пригласить, в честь сдачи экзамена.