Единственная дорога вела к огромному коттеджу, на фасаде которого виднелся мраморный паук, такой тонкой работы, что я заподозрил в скульптуре использование магии. Но удивился еще больше, когда понял, что никаких конструктов там не было. Архитектор сотворил чудо.

— Я вас провожу, — произнес мой спутник, открывая двери.

Я вышел и тут же почувствовал на себе волну магических различных конструктов — и блокирующих, и изучающих, и защитных. Кажется, дерни рукой или не так погляди в сторону — и меня просто разорвет на части. Охрана тут солидная, заклятия крепкие и просто так их не разбить. Впрочем, бить я и не собирался.

Собеседник указал на дверь — и она тут же раскрылась.

— Пройдёмте.

Мы вошли внутрь. Судя по обстановке коттедж не предназначался для жилья. Скорее это был некий храм или штаб-квартира арахнидов. На стенах — огромные картины, на которых изображены неизвестные мне люди, одетые в парадные мундиры. Судя по странным медалям на их груди это были почетные и важные представители арахнидского сообщества.

Мы прошли длинный зал, вышли в небольшое помещение, где за столом сидела секретарь.

— Шпагин по его указанию приведен, — сказал мой спутник.

Девушка глянула на меня, потом встала и зашла в другой кабинет. Вернулась через минуту:

— Он вызовет.

«Вот ведь шутки судьбы! — подумал я. — Все не переваривал арахнидов, а теперь оказался в самом главном их гнезде!»

Начал ждать, попутно украдкой посматривая по сторонам. На стенах, помимо картин, висели также и барельефы, изображающие какие-то незнакомые мне битвы с участием арахнидов и людей. И судя по сюжетам, дрались они на разных сторонах баррикад. Интересно, нужно будет, как будет время, посмотреть городские архивы. Что-то я не помню такого противостояния.

Минут через пять раздался телефонный звонок. Секретарь ответила, кивнула мне:

— Проходите, он ждет.

Я открыл черные огромные двери и вошел внутрь.

Кабинет был огромным. На мгновение показалось, что хозяин будет висеть где-то в углу, в каком-нибудь коконе. Но Его Первосвятейшество Вольфганг Карамзин сидел за столом, читая какие-то бумаги. Увидев меня, он отложил документы, встал.

— Александр! Рад видеть тебя!

— Я благодарю вас за приглашение, — кивнул я. — Вам о моей просьбе сообщил господин Кривощекин? — спросил я, думая, что думный боярин успел позвонить главе арахнидов и сообщить о моей проблеме.

Приятно, что такой большой человек вызвался помочь мне. Это льстило.

— Что? Какая просьба Кривощекина? — удивленно спросил Карамзин, осаждая меня и приземляя на землю.

— А какова же причина нашей встречи? — растерялся я.

Карамзин поднялся, подошел ко мне. Улыбнулся.

— Я вижу, что ты готов получить информацию.

— Какую?

— Про себя. Про свою семью. Про башню.

Последняя фраза заставила меня вздрогнуть.

— Про башню? — осторожно переспросил я.

— Верно.

Карамзин отошел ко второму столу, на котором лежали какие-то свитки.

— Я проводил определенные ритуалы. Пытался кое-что выяснить, определить первопричины, узнать истину.

Я ничего не понял из его слов. Глянув украдкой на стол, я разглядел там чертежи звезд, многоуровневых трапеций, окружностей. Там же виднелись и плотные столбики формул. Похоже, Карамзин и в самом деле занимался расчетами, причем весьма сложными, какие подвластны только магу высокого уровня.

— Башня-то непростая! — произнес собеседник.

Глава арахнидов взмахнул рукой и прямо в воздухе возникла проекция башни, точная ее копия. Макет медленно поворачивался вокруг своей оси, давая возможность рассмотреть строение со всех сторон.