Поняв, что бить в перегородку не имеет никакого смысла, я огляделся. Дверное окно! Ведь оно из простого стекла, не заговоренного. Я развернулся и ударом ноги выбил его. Мелкие, похожие на алмазы осколки полетели наружу.

— Барин! — всполошился водитель. — Что же вы делаете! Ведь за стекло уплачено денег! Вставлять новое нужно будет!

— Тебе мозги новые тоже вставлять нужно будет, потому что эти я размажу об асфальт!

— Свят-свят! Бог с вами, барин!

Движок машины взревел еще сильней, мы уже неслись на скорости девяноста километров в час по пустынной трассе. Прыгать в окно было бы сейчас глупостью. Но и сидеть внутри тоже бессмысленно.

Поэтому я решил поступить немного иначе. Стянув с шеи галстук, я обмотал его вокруг ладони. Второй схватился за дверную ручку и осторожно высунулся из окна. В ушах засвистел ветер, а дыхание перехватило. Вот это скорость!

— Барин, куда вы⁈

Водитель дернул руль, и машина едва не перевернулась. Но скинуть меня он не смог, я держался крепко. Рисковать и повторять такой маневр толстяк не посмел — до чертиков перепугался, что погибнет вместе со мной.

Я же продолжил свое движение. Высунувшись вперед еще немного, я ударил перевязанной рукой по водительскому стеклу.

— Барин, не надо! Не надо ломать двери! — всполошился водитель.

Дзынькнуло стекло, окропляя его осколками. Я тут же попытался схватить его, но тот, не смотря на свои габариты, юркнул в сторону и увернулся от захвата. Достать его не получилось — не хватало каких-то пары сантиметров. Но высовываться еще дальше уже было слишком рискованно.

Еще один рывок, на пределе возможностей. Но опять тщетно. Удалось лишь сорвать с толстяка пуговицу с формы. Нет, если попытаюсь достать его, то точно вылечу из окна. А скорость уже под сотню! Это верная смерть.

Пуговица… я глянул на нее. Круглая, бронзовая, со знаком автопарка. Не дешевая вещица. Но ее цена меня сейчас не интересовала. Увесистая. И из подходящего металла, обладающего хорошей упругостью. А значит и пружинящего.

Мы ехали по пустой трассе, где практически ничего не было. И лишь бетонные столбы электропередач время от времени пролетали мимо.

Я примерился. Сконцентрировался. Успокоил разум. Вызвал дар. И сразу же определил поправку на ветер, на высоту, силу отскока и угол рикошета.

Выдохнул.

И швырнул пуговицу вперед, прямо в приближающийся с левой стороны столб.

Пуговица, у которой уже имелся первоначальный импульс, созданный скоростью машины, врезалась в бетонную преграду и отскочила. Полетела точно туда, куда я и собирался ее отправить — прямо в водителя.

Лобовое стекло не разлетелось на осколки, от снаряда образовалась только ровная круглая дырочка. А сам пуговица угодила водителю точно в глаз, не оставляя тому шанса. Толстяк неуклюже завалился и мне пришлось вновь высунуться сильней, чтобы схватить его и не дать повернуть руль. Пышные габариты похитителя помогли — управление было зажато складками тела.

Постепенно движение машины начало замедляться, а вскоре авто и вовсе остановилась. Я выскочил наружу, открыл водительскую дверь и сгрузил тело у дороги. Сам сел в машину, вдавил педаль газа в пол и резко крутанул руль. Мне нужно было успеть вернуться в школу.

* * *

Такси с пробитым лобовым стеклом подъехало к школе вовремя. Выскочившие охранники прогнать подъехавшего, но увидев вышедшего, отступили.

За то время, пока я ехал, удалось немного привести себя в порядок. Но выглядел я все равно странновато. Впрочем, это меня сейчас не волновало. Главное — успел.

В школе царил ажиотаж и некоторая нервозность. Штакет уже был не такой веселый, приветствовал меня лишь кивком.

— Всех собирают в центральной аудитории, — сообщил он.