– Вы говорите: завтра похороны?

– Да, завтра, в десять утра.

– А на каком кладбище?

– А вот где парковая зона на выезде в Джанкой – знаете? Вот там ее и похоронят.

Он вышел на кухню. Я посмотрел на Лешу. Тот заметно повеселел, оживился, и, судя по всему, предстоящий ужин в компании патологоанатома его уже не тяготил.

– И что интересного ты узнал? – тихо спросил он.

Я пожал плечами.

– Наверное, ничего.

– И ради этого стоило сюда ехать?

– Наверное, я не совсем правильно понял Кныша, – ответил я, чувствуя себя немного виноватым. – Черт его поймет, зачем он дал мне этот адрес!

Блинов вынес благоухающую коричневую курицу, сидящую верхом на бутылке, и водрузил ее посреди стола, порезал толстыми ломтями хлеб, грубо покрошил помидоры и огурцы на салат. Я почувствовал, что, вопреки всему, у меня разыгрался аппетит.

Блинов наполнил стаканы, сел напротив нас и, засучив рукава, принялся разламывать курицу на части.

– Кому сердце? Кто сердце любит? А желудок?

Он продолжал валять дурака, но его причуды на меня уже не действовали. Я смотрел на выпачканные в жире руки Блинова, на стакан с мутной самогонкой и думал о том, что он, конечно же, прав, тысячу раз прав – не стоило лезть в это дело.

– Да, – сказал он, будто слышал мои мысли и продолжал тему, – весь мир делится на две неравные части. Знаете, на какие?.. Первая, большая часть, – это те, кто всему или почти всему верит. А вторая часть, поменьше, – это те, кто этой верой пользуется. Сюда входят политики, религиозные деятели, цыгане, колдуны, всякие рекламодатели, акционеры, банкиры… Вот вам ногу и крылышко. Помидорчики берите, огурчики!.. А есть и совсем немногочисленная группа. Это те, кто никому не верит, кроме как самому себе, и в то же время не пытается надуть своего ближнего. У таких людей прекрасная нервная система, они живут скромно, но долго и счастливо. К ним, кстати, принадлежу и я… Ну что, кто желает сказать тост?

Мы с Лешей промолчали.

– Хорошо, – легко согласился быть тостующим Блинов. – Я скажу. К слову: а вы не относитесь к замечательной когорте вкладчиков «Милосердия»?

Мы с Лешей отрицательно покачали головами.

– Это хорошо. Тогда вы не обидитесь на меня. – Блинов с любопытством стал рассматривать содержимое своего стакана, приблизив его к глазам. – Я вот все не могу привыкнуть к тому, насколько глуп наш народ. Насколько он готов верить всяким мерзавцам. Причем чем больше эти мерзавцы лгут, тем больше им верят. Парадокс! Политик объявит, что уже завтра покончит с преступностью и до отвала накормит народ, – и ему верят намного больше, чем тому, который не обещает улучшения жизни в ближайшее время. Или взять банкиров. Какой-нибудь конченый вор и мошенник скажет, что принимает вклады под тысячу процентов годовых, – и все, как стадо баранов, кинутся сдавать ему свои жалкие гроши. Наши люди доверчивые, как куры, – стоит всего лишь сказать им: «Цып-цып», и они побегут под нож. Почему они такие идиоты?.. Вы посмотрите: Милосердова «обула» весь Крым и юг Украины, а вкладчики по-прежнему молятся на нее и – я уверен – будут завтра рыдать над ее гробом. А знают ли они, над кем будут рыдать? – Блинов посмотрел на нас с кривой ухмылкой и добавил шепотом: – Над наркоманкой!

– Что?! – крикнул я.

– А вот то! У бабы этой все руки были исколоты, я живого места найти не мог. Печень – на грани развала, сердце, почки – как у семидесятилетней старухи.