— Что ты думаешь о спектакле? — спросил Тедди.

— Очень интересно. — Тельма подумала о девушке, которая играла старуху. Вернее, пыталась играть. Грим на лице, седой парик, преувеличенная сутулость. Тедди взял Тельму за руку.

— Как тебе Уилл? — Уилл был одним из студентов последнего курса; Тельма знала, что Тедди высоко ценит его и за глаза называет вундеркиндом. Он играл молодого убийцу, который задушил старушку; взгляд мужа в этот момент очень обеспокоил Тельму.

— Мне показалось, он был очень убедителен.

— Да. — В тоне Тедди было нечто такое, что заставило Тельму остановиться и посмотреть на него. Он сел на одну из скамеек, а она села рядом, их пальцы по-прежнему были переплетены. Скамейка была холодной и сырой; ранее местный синоптик предупредил, что зима еще не закончилась и завтра может пойти дождь со снегом или даже выпадет полноценный снег.

— А тебе как Уилл?

Тедди смотрел на пустынную территорию колледжа, собираясь с мыслями.

— Я был… обеспокоен. — Он замолчал, и Тельма ждала, пока он соберется с мыслями. — Меня обеспокоило то, насколько хорошо Уилл понял природу зла.

— Сцена убийства старушки была очень пугающей, — сказала Тельма.

— Даже не это… А все, что было до. Меня обеспокоило то, насколько будничным Уилл изобразил зло.

Тедди, как всегда, точно выразил мысли Тельмы. Молодой человек, читающий газету старушке… Его голос был таким… естественным. А потом — потом он небрежно сложил газету и задушил ее.

— Ты думаешь, в характере Уилла есть эта черта?

— Она есть во всех нас. Уилл способен получить к ней доступ. Он лучше других понимает, что зло — это… нечто заурядное. Повседневное. Можно сказать, банальное. — Тедди встал. Действительно, на скамейке было очень холодно и сыро.

Заурядное зло. Эти два слова играли в голове Тельмы, как припев песни, пока она готовила напитки на ночь. Банальное — ничего общего с тем, как его изображают в мультфильмах, вспомнить хотя бы подкручивание усов и злобный смех Дика Дастардли, стоящего на обочине дороги с двумя динамитными шашками. Нет, заурядное. Коллеги, которые регулярно забирали домой пачку бумаги и маркеры. Мо из столовой, которая каждый раз брала недельный отпуск в июле, якобы чтобы вылечить спину, а на самом деле торчала на Йоркширской выставке. Банальные поступки, которым легко найти оправдание, как будто во всем этом нет ничего плохого.

Лимонно-желтый кардиган… Нуждается в стирке, грязный и с пятнами на рукавах… И беззубая улыбка, рот перемазан шоколадом…

Спохватившись, Тельма обратилась мыслями к Топси. Мошенник, прибравший к рукам ее сбережения. Люди, пристававшие к ней: установщики солнечных батарей, ремонтник, о котором ей рассказывала Лиз. Фирмы, утверждавшие, будто она выиграла огромную сумму денег. Ни усов, ни заливистого смеха, заурядное зло. Эти два слова, казалось, прояснили туманные мысли, которые роились в ее голове с того самого разговора в туалете.

Было бы лучше, если б она умерла…

А теперь, если верить полиции, все это было просто трагической случайностью. Поставив напитки на журнальный столик, Тельма рассказала Тедди все о Топси. Тедди слушал, не перебивая.