Наконец она произнесла:

— Эта девочка заговорит с тобой, только если ты ей позволишь.

— Во сне, помнится, я хотел, чтобы она заговорила.

— Нет. Она так и будет молчать, пока ты не созреешь для разговора. Пока не решишь, чего хочешь. Относительно нас с тобой.

В помещении снова установилось молчание, а потом он услышал шаги и чуть ли не воочию увидел, что она стоит перед ним и смотрит ему в лицо. Он хотел было протянуть руку и коснуться ее, но не был уверен, что ей хочется этого. И что-то внутри помешало ему до нее дотронуться. А потом ее руки легли ему на плечи и оплели их, а он, повинуясь инстинкту, сжал ее талию, и так, совершенно неожиданно, они заключили друг друга в объятия. Такой реакции он не ожидал и даже не смел на нее надеяться. И ему стало очень хорошо.

— Винс, я рада, что ты поделился этим со мной. — Алисия пыталась контролировать ситуацию, но в ее шепоте проступило истинное чувство, когда она отступила, высвободившись из его объятий.

Он коротко улыбнулся, стремясь помочь ей совладать с эмоциями.

— Эй, я не для того тебе все это рассказывал, чтобы мы оба расчувствовались и упали друг другу в объятия.

— Действительно, время не самое подходящее.

— У меня была причина.

— Какая?

— Я пытался объяснить, что мои чувства к тебе не изменились, но — извини за каламбур — это меня не ослепило.

— Прости, но я не очень хорошо тебя понимаю.

Улыбка исчезла с его губ, словно ее и не было, лицо стало серьезным.

— Попытайся не обижаться на мои слова и не говори, что я схожу с ума.

— Ну же, выкладывай, не тяни! — поторопила она, испуганная сосредоточенным, даже суровым выражением его лица.

— Полагаю, я только сейчас начал понимать, почему меня назначили ответственным здесь за все.

Глава 40

Тео в который уже раз считал патроны, пытаясь определить, сколько пуль израсходовал Фэлкон с того момента, когда выстрелил в первый раз, разнеся ветровое стекло в машине Джека. Рано или поздно Фэлкону понадобится перезарядить свое оружие. Но общеизвестно, что именно в такую минуту вооруженный преступник оказывается в наиболее невыгодном положении. Тео требовалось также придумать, как освободиться от провода, стягивавшего его запястья и щиколотки. Если бы ему удалось это сделать, он мог бы нанести Фэлкону неожиданный удар, когда тот, израсходовав все патроны, будет вставлять в свой пистолет запасной магазин. Стандартный магазин вмещал максимум тринадцать патронов. Некоторые стрелки даже вынимали один патрон во избежание заклинивания оружия при выстреле. Однако сосчитать пули, выпущенные из пистолета Фэлкона, оказалось не так просто, как могло показаться. Кажется, вторым выстрелом Фэлкон ранил девушку, находившуюся в ванной комнате. Потом выпустил две пули, ранив двух офицеров, вступивших с ним в перестрелку. Итого, четыре. После этого он израсходовал еще один патрон, стреляя по прожектору на полицейской машине. Или же два? Тео точно не знал, поскольку не всегда можно было отличить выстрелы Фэлкона от полицейских.

— Где ты научился так хорошо стрелять? — спросил он.

Фэлкон отошел от занавешенного шторой окна.

— Не твое чертово дело.

— А какой у тебя пистолет? Браунинг? — Тео полагал, что у Фэлкона «Браунинг хайп Пауэр» — излюбленное оружие военных во многих странах мира.

Тот не ответил.

— До сих пор ты весьма рационально расходовал боеприпасы, — продолжил Тео.