— В какое, если не секрет?

Поскольку тот замешкался с ответом, Джек сказал:

— Пауло просил меня из аэропорта сразу же ехать к нему. А вы куда меня везете?

— С вами хочет поговорить мэр.

— О чем это?

Коп промолчал. Повернув за угол, он заехал в подземный парковочный гараж и остановился. Потом вышел из машины и открыл заднюю дверь, чтобы выпустить Джека. Когда тот выбрался из салона, коп кивком указал ему на припаркованный в конце ряда темно-синий седан. Стук каблуков Джека эхом отдавался под бетонными сводами гаража. Когда он находился в двух шагах от седана, послышался щелчок, отпиравший блокирующие замки, и дверца со стороны пассажирского места широко распахнулась, словно ее с силой толкнули изнутри. Джек забрался в автомобиль, уселся в кресло для пассажира и захлопнул дверцу.

За рулем сидел мэр Рауль Мендоса.

— Привет, Джек.

— Здравствуйте, мистер мэр, — сухо поздоровался адвокат.

Мэр положил незажженную сигару на крышку «бардачка». Ее кончик был сильно изжеван. Похоже, мэр пытался таким образом избавиться от снедавшего его напряжения.

— К сожалению, мы с вами не поняли друг друга, когда говорили по телефону, — сказал мэр. — Вот я и подумал, не достигнем ли мы согласия при личном общении.

— Все зависит от того, о чем пойдет разговор.

Мэр помолчал, словно подбирая нужные слова.

— Послушайте, мы с вами на одной стороне и, полагаю, можем договориться относительно нескольких простых фактов. Первое: этот так называемый Фэлкон — абсолютный псих и в любой момент способен совершить убийство. Второе: у него в заложниках находится ваш друг. И третье: он хочет встретиться с моей дочерью.

— Он что — просил об этом?

— Пока нет. Но попросит. Обязательно. И я рассчитываю на ваше слово, что эта встреча не состоится.

— Боюсь, такого рода вещи вне моей компетенции.

— Не стану утверждать, будто шеф полиции Майами-сити — болтушка, которая любит делиться конфиденциальной информацией. При всем том в ее департаменте у меня есть источник, регулярно информирующий о ходе переговоров. В конце концов, я мэр и должен быть в курсе дела. Ну так вот, помимо всего прочего, мой источник сообщил, что Фэлкон хочет говорить с вами. Пока полицейские переговорщики играют с ним в игру: отпусти заложника, получишь что-нибудь взамен. И если Фэлкон согласится проявить свою добрую волю, ему разрешат поговорить с вами.

— Вы хотите, чтобы переговоры с ним вел я?

— Ну, «переговоры», как мне кажется, не совсем уместное слово. Уверен, что все ваши реплики будут вам продиктованы или по крайней мере обговорены заранее. Тем не менее вам-таки предоставят возможность поговорить с преступником.

— Что ж, я не против.

Мэр криво улыбнулся, взял сигару с крышки «бардачка» и всунул в угол рта.

— Спасибо, что согласились, — с иронией произнес он. — Но прошу иметь в виду, что у нас с вами отнюдь не светская беседа. Мы говорим о правилах, которые устанавливаю я.

— Вы?

— Да, я. — Он вытащил сигару изо рта и продолжил: — Когда вы возьмете трубку, Фэлкон, я уверен, потребует устроить ему встречу с Алисией. Меня, признаться, мало интересует ваше желание умиротворить этого психа, если таковое у вас имеется, как и то, что вам скажет Пауло. Мне также наплевать, что он может приставить пистолет к голове вашего приятеля. Я и бровью не поведу, даже если он пригрозит взорвать весь этот чертов мотель. Мне нужно одно: чтобы вы ни при каких условиях не передавали трубку Алисии. И точка.

— Подождите секундочку.