— Но я наблюдала за твоими действиями. Это вовсе не казалось трудным!

Адам усмехнулся.

— Только, если знаешь, как действовать. Но поверь мне, научиться этому совсем не просто.

— Что ж, справедливо и для других дел, — Хельвен легко, чуть печально вздохнула и стала глядеть, как Родри ап Тевдр галопом несется по двору навстречу неизбежному исходу.

Скорее удача, нежели точный расчет, позволила парню войти в круг немногих, кто с первого раза почти умудрился уклониться от мешка. Почти, но не полностью. Острие копья стукнулось в щит близко от центра, и скользящая отдача нарушила равновесие молодого валлийца в седле. В результате он немного не успел наклониться, и песчаный мешок задел юношу по затылку, вышиб из седла и сбросил на землю.

Черный скакун сбавил ход до трусцы и остановился. С любопытством оглянувшись назад, наклонил голову и принялся обнюхивать пучок травы. Улыбающийся Остин подбежал к коню и взял его под уздцы.

— Недурно, — рассудительно бросил Адам, склоняясь над постанывающим и ушибленным падением молодым человеком. — Со временем сможешь выступать на турнире в Париже. — Он забрал у Остина поводья и спросил с легким задором: — Хочешь еще попробовать?

Валлиец метнул в ответ сердитый взгляд прищуренных глаз и отвернулся в сторону, чтобы сплюнуть сгусток окровавленной слюны.

— Иди ты к черту! — буркнул он, однако, пошатываясь, стал подниматься на ноги. Затем схватил копье и, взявшись за поводья, снова забрался в седло. Со стиснутыми зубами и кровоточащей губой Родри вновь приготовился к атаке.

— Браво, парень, — бросил Адам, внимательно наблюдая за новым ударом копья о щит, запоздавшим нырянием валлийца вниз и последовавшей отчаянной попыткой удержаться на коне. Но все закончилось еще одним падением, и распростертое тело юноши снова оказалось на тренировочной площадке, на этот раз почти бездыханное.

Адам подобрал копье и подвел коня к валлийцу. Родри с трудом приподнялся на локтях, икая и хватая ртом воздух. Едва отдышавшись, еще раз обругал Адама, но тем не менее, как только руки и ноги стали снова слушаться, покорно взобрался на коня.

Однако в этот раз валлиец развернул коня, не проехав и четверти пути, и галопом помчался вовсе не к столбу с мишенью, а прямо на Адама. Помчался, нацелив копье с самым решительным видом. Хельвен закричала. Все тело Адама напряг лось, чтобы быть готовым к самому стремительному бегу за всю свою жизнь, если он неправильно разгадал истинные намерения несущегося на него юнца. В самый последний момент острие копья отвернуло в сторону, а конь отклонился и пронесся мимо. Струйка лошадиной пены плеснула на стеганую куртку Адама. В нос ударил сильный запах конского пота, Адама обдал горячий воздух, вырывавшийся из ноздрей его собственного коня, едва не растоптавшего хозяина.

— Боже мой! — побледнев, гневно закричала Хельвен на мужа. — Ты с ума сошел, он же мог тебя убить!

— Я так не думаю, — отозвался Адам в свойственной ему мягкой задумчивой манере, от которой Хельвен часто хотелось кричать, вкладывая в силу своего голоса всю степень гнева и раздражения. Не тратя времени на дальнейшие слова, Адам повернулся в сторону караульных солдат, двое из которых перехватили скакуна и стаскивали парня с высокого седла, нацелив ему в спину и грудь острое оружие.

— Все в порядке, Алан, оставьте его.

Молодого валлийца отпустили, но сделали это столь же грубо, как и при его захвате. Родри весь трясся, как пес, выбравшийся из воды, и растирал ушибленную руку. На подбородке проступило кровавое пятно, а нижняя губа распухла и посинела.