– Дафф, вспомни, что было вчера. У тебя опять откроются раны.

– Но с тех пор… – он широко раскинул руки, – как видишь, ни пятнышка. И Стюарт сказал, что такое бывает. Ты сама видела, он ничуть не встревожился. Почему бы мне не запереть дверь, – пробормотал он, вставая.

– Не могу. Дафф, не здесь.

Она подчеркнула, что не может «здесь». Весьма ободряющий знак. Как и легкая дрожь в ее голосе.

– Тогда в моей комнате.

Он достаточно ясно дал понять, что к нему никто не входит без разрешения, и мысли Аннабел приняли совершенно непозволительный оборот. И это в тот момент, когда ей следовало опасаться повредить Даффу или услышать стук в дверь в самую неподходящую минуту. А если за дверью окажется кто-то из родных и Дафф прикажет им убираться? В конце концов, вовсе не обязательно ложиться в постель с мужчиной до ужина!

– У нас полно времени, – прошептал Дафф, словно читая ее мысли.

Она сделала ошибку, взглянув на часы.

Дафф привык к тонкостям женского поведения: недаром мужья всегда подозрительно посматривали на него в присутствии своих жен. Он легко мог истолковать малейший жест.

– А если я обещаю совсем не двигаться? Я покажу, как это делается, – добавил он, перекрывая небольшое расстояние, разделявшее их, и беря ее руку.

– Я не знаю, Дафф.

– Зато я уверен за нас обоих. Ну как?

Он поднял ее руку к губам, легко поцеловал кончики пальцев и улыбнулся своей манящей улыбкой, той, что обещала безумные наслаждения и незабываемые воспоминания.

Она честно хотела воспротивиться. И в этом случае была бы первой, кто сумел противостоять ленивой улыбке Даффа.

– Мне не следовало бы… – прошептала она.

Что вовсе не означало сопротивления, как прекрасно знал Дафф.

– Похоже, ты нуждаешься в убеждении, – дипломатично пробормотал он, увлекая ее к смежной двери в спальню.

– Если хочешь знать, – процедила она, принимаясь вырываться и дергая его за руку, – мне вовсе не нравится ощущать, что я в твоей власти.

Он резко остановился и повернулся к ней.

– Мы могли бы поспорить о том, кто из нас раб, а кто – господин, – мрачно объявил он. – Будь по-моему, я держал бы тебя под замком и не выпускал бы из своей кровати, а обычно я так не поступаю.

– Вот как, – тихо пробормотала она.

– Знаешь, это еще большой вопрос, кто кому подвластен.

– Понятно, – вздохнула она.

– Именно, – подчеркнул он.

– Просто мы оба не привыкли к такому разгулу чувств, – мягко заметила Аннабел.

Дафф, казалось, с большим трудом взял себя в руки, и на губах заиграла привычная улыбка.

– С другой стороны, почему бы не наслаждаться ими? – предложил он.

– Пока светит солнце, – кивнула она, прекрасно поняв, о чем идет речь. – Сколько у нас времени?

– Вовсе недостаточно, – сообщил он, увлекая ее к спальне.

Вскоре раскрасневшаяся и тяжело дышавшая после второго оргазма Аннабел прошептала, обнимая его за плечи:

– Как у тебя это получается?

Они устроились в постели Даффа. Он неподвижно лежал под Аннабел. Оседлав его бедра, закрыв глаза, она изнемогала от наслаждения. И успела кончить дважды, а он – всего один раз, хотя при этом не шевельнул и пальцем.

Он не объяснил, что научился этому способу у марокканца, посвященного в тайные духовные обряды. И разумеется, не упомянул, что для этого потребовались месяц в горах, некоторое количество высокосортного гашиша и с десяток услужливых молодых женщин.