— Ты уверен, что они будут рады нашему приезду? — не раз переспрашивала Элспет по дороге домой. — Я хочу сказать, в свете новых обстоятельств.

Дарли всякий раз, как мог, успокаивал ее. Но даже если бы он и не предсказывал восторг, который вызовет их приезд, едва было объявлено о беременности Элспет, ликованию не было предела. После бесчисленных объятий, поцелуев и громогласных поздравлений герцогиня и Бетси быстренько увели Элспет под ахи и вздохи, что ей нельзя так поздно ночью оставаться на ногах и что самым необходимым для нее сейчас являлась добрая кружка теплого молока. Пожелав ей доброй ночи и хорошего сна, они немедленно принялись строить серьезные планы насчет будущего отпрыска Уэстерлендсов.

Мужчины удалились в кабинет герцога и за бокалом бренди обсуждали события, происшедшие со времени отъезда Дарли из Англии. После второго бокала Уилла и Генри, которые еще не совсем оправились после болезни, отвели в предназначенные для них комнаты. Затем Малькольм вернулся в свои покои, а Дарли с отцом остались наедине.

— Судя по всему, ты рад такому обороту событий, — сказал герцог, наблюдая за улыбающимся сыном, пока тот устраивался в кресле напротив.

Улыбка Дарли стала еще шире.

— Я и предположить не мог, что можно ощущать такое блаженство.

— Я мог бы сказать, что уже говорил тебе это, но не буду, — сказал отец с просветлевшим взглядом. — Вместо этого я предлагаю тост за твоего ребенка. — Герцог поднял бокал.

— Спасибо тебе. — Дарли поднял свой бокал и выпил до дна. — С учетом будущего моего ребенка скажи мне, как обстоят дела с иском о разводе Графтона.

— Питт протаскивает его через парламент. — Герцог улыбнулся. — Я поговорил с королем. Это не затянется надолго.

— Я тут подумал, может, ты нанесешь визит его величеству? Как скоро, по-твоему, вопрос может быть решен?

— Ну, где-то через месяц или около того. Предстоит несколько чтений в обеих палатах. Чисто внешне все формальности должны быть соблюдены.

Дарли нахмурился:

— К сожалению, время сейчас становится главной проблемой.

— Я понимаю. Завтра я поговорю с секретарем Питта и надавлю на него. Кстати, твоя матушка собирается пригласить на чай короля с королевой. По случаю возвращения вас обоих в родной дом.

Дарли поморщился:

— Боюсь, что Элспет сочтет это слишком пугающим и вызывающим. Она смотрит на светское общество другими глазами, не так наплевательски, как мы с тобой. Может, этот чай лучше отложить? Если ее вдруг прихватит приступ дурноты на глазах у матушкиных друзей, это вызовет их удивление, а желудок у Элспет сейчас чересчур деликатный.

— Я поговорю с твоей матушкой. — Герцог пожал плечами. — Но должен предупредить тебя, что твоя maman намерена прояснить положение Элспет как полноправного члена нашей семьи.

— Ну, может, через несколько недель, — предложил Дарли, потягиваясь, начиная ощущать воздействие позднего времени и выпитого бренди. — В любом случае раньше завтрашнего утра уже ничего нельзя сделать. Тогда и обсудим все это. Мы на ногах с рассвета, и, — у него затрепетали ресницы, — Элспет ждет меня.

Отец улыбнулся:

— Как все же приятно видеть тебя таким счастливым. Что же касается развода, я займусь этим. Тебе нечего беспокоиться. А сейчас иди. Мать твоего ребенка ждет тебя.

Так все и осталось в ту первую ночь после возвращения в Лондон — чаепитие у герцогини не определено, необходимость ускорить развод согласована, отец с сыном счастливы, что вся семья вновь собралась в полном составе, да еще с прибавлением, возможно, даже наследника, продолжателя рода, в результате чего волнение и возбуждение достигло максимума в доме Уэстерлендсов.