— Выйдите все! — приказал Зяблов. Как только парни вышли, Зимин присел на край кровати.

— Там два придурка с фотоаппаратами были.

— Знаю, — улыбнулся Зяблов, — их специально привезли, чтобы запечатлеть мое освобождение. Ты же видел…

— На одной из пленок есть кадр, как Шугин бьет женщину головой об асфальт.

— Что? — нервно воскликнул Зяблов.

— И это еще не все, — усмехнулся милиционер, — он только что передал Шугину записку,<style name="BodytextArialUnicodeMS1">в</style>которой пишет, что отдаст эту фотографию вместе с негативом Басову, если ты не дашь ему две тысячи долларов.

— Что? — переспросил Зяблов. — При чем здесь я? — он подозрительно взглянул на Зимина.

— Не знаю, — тот пожал плечами. — Просто там так написано.

— Что еще за чертовщина? — раздраженно спросил Зяблов. — Почему ты узнал об этом?

— Я, сгорая от желания помочь подполковнику Басову, — усмехнулся. Зимин, — пытался заставить Шугина признаться, что он ударил женщину. Его привели, а он мне и отдал записку. Видать, кто-то из дежурных закинул в камеру. Сейчас передать что-то задержанному не проблема — он засмеялся. — Плати, и хоть черта в камеру сунут.

— Где записка? — быстро спросил Зяблов.

— Я знал, что ты спросишь, — Зимин протянул ему клочок бумаги.

Прочитав, Зяблов испуганно спросил:

— Что же у него на меня-то есть?

— Черт его знает, — равнодушно ответил Зимин. — Меня больше другое волнует. Как он думает баксы получать? Значит, еще как-то свяжется?

— Так, — быстро решил Зяблов. — Там были два фотографа. Немедленно разыщи их…

— Уволь, Федорыч, — перебил его милиционер. — Мне это на хрен не нужно. Я и так по тонкому льду хожу. Это уж твоя забота.

— Отлично, — с улыбкой сказал Феоктистов. — Посмотрим, что предпримут. Этих двоих под наблюдение. Да смотри, — строго предупредил он, — Зяблов — битый мужик. Если что не так, сразу заметит. И солдат своих, защитников отечества, — зло добавил он, — по всей форме готовит.

— Все будет как надо, — успокоил его Василий. — Мои друзья умеют водить. — Поднявшись со стула, смущенно спросил. — А вы действительно хотите меня… — вздохнув, замолчал.

— Ты классный сыщик, Василий, и нечего тебе в участковых делать.

Пожилая женщина с кувшином в руках осторожно поднялась на крыльцо дома Возникова и постучала в Дверь.

— Петро! — громко позвала она. — Я молоко принесла!. Слышь?! Али дрыхнешь?! В такую рань-то лег, — укоризненно пробормотала она и вошла в дом. И тут же вслед за глухим стуком выроненного кувшина раздался истошный женский крик. — Ой, батюшки! Люди! — женщина выбежала на крыльцо, споткнулась о резиновый коврик и с пронзительным криком упала. Не отрывая испуганного взгляда от- дверей, поднялась на четвереньки и с неожиданным для ее фигуры и возраста проворством стала быстро спускаться.