|
Граф осмотрелся. Не заметив ничего настораживающего, сунул руку за пазуху, сжимая рукоятку нагана, и шагнул к воротам. В том, что милиции в доме нет, он был уверен. Группа захвата работать умеет и если бы в доме была засада, этой самой тишины не было бы. Граф подошел к калитке и постучал палкой. Не услышав ответа, надавил на кнопку звонка. Потом толкнул калитку, вошел во двор.
— Хозяева! — позвал Граф. — Попить не дадите? Ответом ему была тишина. — Хозяева! — повторил он, подходя к крыльцу. — Эй! — услышал он за спиной голос. — Какого тебе здесь надо? Повернувшись, увидел вошедших в калитку двух молодых парней. — Ребята, — просительно сказал Граф, — вы это, попить не дадите? Уж извините, что я вот так вошел. Я и постучал и позвонил. А… — Свали-ка наскоряк! — подходя к дому, пренебрежительно буркнул один из парней. — Да я так, — стараясь выглядеть испуганным, проговорил Граф, — пить попро… — Сдерни, козел, — презрительно бросил проходивший мимо него первый и, дернувшись телом, хотел толкнуть Графа плечом. Чуть отклонившись вправо Виталий ударил его палкой между ног, потом бросил сумку в лицо второго, прыгнул к нему и ударом в челюсть сбил его с ног. Обернувшись, снизу вверх по-футбольному пнул первого парня. «Зря», — мелькнула в него мысль. Его реакция была ответной на страшное, по лагерным понятиям, оскорбление. Носком левой ноги ударил приподнявшегося второго парня в живот. Наклоняясь за палкой, Граф увидел у лежащего с окровавленным лицом парня за ремнем пистолет. Выхватив наган, присел рядом и упер ствол в левый глаз парня. — На кого работаете, сучата?! — зло спросил он. — Гога послал, — открыв левый глаз, испуганно прохрипел тот. — Мы… — Где мужик? — спросил Виталий. Он понял, зачем здесь эти двое. Чтобы, как говорится, замести пыль после дела. А это значит, что Зубра как-то вычислили и схомутали. Если бы Антона взяли менты, все было бы ясно. Но, судя по всему, вместе с сумкой кассира они хапанули зеленые какой-то мафии, и он хотел знать, насколько все серьезно. — На турбазе, — простонал парень. — Кто навел на мужика? — спросил Граф. — Не знаю. Нас Гога послал. Он… — На кого Гога пашет? — прервал его Суворов. — На Тимура, — боясь пошевелиться, хотя ствол, давящий на глазное яблоко, причинял сильную боль, промычал парень. Увидев, что второй парень зашевелился, Граф сильно ударил рукояткой нагана парня в висок. Обеими ногами вскочил на спину другого. Каблук Графа впечатался ему в шею. Голова парня неестественно выгнулась назад. Граф метнулся<style name="Bodytext71"> в</style> дом. Дверь была открыта. Выхватив левой рукой<style name="Bodytext71">«Макаров»</style><style name="Bodytext71">,</style> с револьвером<style name="Bodytext71"> в</style> правой, Виталий влетел на кухню. Остановившись, закатал желваки. Разломанная полка, разбитая посуда, опрокинутый табурет и пролитое молоко у газовой плиты говорили о том, что здесь была схватка. Увидев вилку с бурыми от засохшей крови зубцами, Граф выматерился. «Скорее всего эта шалава его сдала, — решил он. — Вспомнила, как с подругой о получке говорила, и цынканула ей. А кассирша — дальше». Граф заволок парней в дом. Обыскав их, нашел два пистолета. Сунул в сумку, нашел у боевиков по запасной обойме, положил их в задний карман. Пятясь задом, дошел до калитки, обрызгивая дезодорантом свои следы. «Надо сваливать, — решил он. |
