«Надо сваливать, — решил он. — Мусора на хвосте, да еще и новые русские охоту за мной устроили. Зубра сейчас наверняка спрашивают обо мне. Если он раскололся, то они у меня на хате уже были. Может, и сейчас торчат. На стройке тоже. Так, — Граф остановился и закурил. — Похоже, влип я крепенько.

Лады. Надо пехом выбираться из города. До первой, а лучше до второй железнодорожной станции. Там в товарняк, и пару часов безвылазно. Потом…

Здесь размышления Графа прервались: навстречу шли два милиционера. Виталий, прихрамывая, неторопливо двинулся дальше.

— …отпинали крепенько, — с усмешкой продолжил рыжеватый сержант. — А он ни в какую. Мол, не я, и все.

«Псина поганая, — зло подумал Граф. — С пьяненькими у вас это лихо получается. А вот когда кого-то брать надо, а он стреляет, то тут вы пас, группа захвата под пули идет или ОМОН». И те, и другие тоже были ментами, но Граф отдавал должное рискующим за зарплату людям. Словно что-то обронив, по-стариковски медленно нагнулся и бросил быстрый взгляд назад. Милиционеры были уже далеко, Граф прихрамывая, двинулся дальше.

— Где он? — влепив полновесную пощечину привязанному к стулу Зубру, спросил Журин.

— Ты, пидар, как баба бьешь! — крикнул Зубр, сплюнув кровь с разбитых губ. — Дешевка. Развяжи меня, сучара! — дернувшись, прохрипел он. — Я тебе, шкура, покажу, как бить надо!

— Смелый, — повернувшись к стоявшему рядом Гоге, усмехнулся Тарас.

— Слушай сюда, — сделав шаг вперед, Гога сильными пальцами сдавил щеки Зубра и запрокинул его лицо. — Я тебе последний шанс даю! Где твой кент? Куда дипломат дели?.

— Ты за кого меня держишь? — промычал Зубр. — Падло! Я вас, козлы гребаные, на зонах…

Сильный удар в нос прервал его.

— Где Граф? — спросил вошедший в комнату Тимур. В налитых кровью глазах Зубра промелькнуло удивление. — Не бери на понт, гребень, — просипел он. — Я вас, козлы вонючие… — Тимур ногой ударил его в лицо. Стул с привязанным Зубром рухнул на пол.

— Чего делать-то? — нервно спросил Журин. — Так мы просто убьем его, и все. Ни фига он не скажет.

— Скажет, — кивнул Тимур. — Просто трогать его пока не надо. Слышь, — шагнув, он легко поставил стул на ножки,

— ты, мужик, сам подумай, — негромко проговорил он, — ты сейчас у нас. Вы не свое взяли. С получкой — это ваши дела. Но там дипломат был. Он наш, понимаешь?

— Как не понять, — проскрипел Зубр. — Вы мне всю плешь за этот угол проели. Но, сукой буду, — выдохнул он, — не знаю я, за что вы базар ведете. Какой-то кассир. И еще угол с баксами мне шьете. Мне чужого не надо. Что мое, то мое. А…

— Вы с Суворовым, — стараясь говорить спокойно, прервал его Тимур, — напали на кассира лампового завода. В машине кассира был дипломат. Где он? — и, не дав ответить Антону, сразу же продолжил. — Сам прикинь: если мы не вернем дипломат, тебе хана. Но убивать мы тебя долго будем. А Граф тем временем уедет со всем, что вы взяли. На кой тебе его выгораживать? Скажи, где дипломат. Мы тебя, если его привезут, отпустим. Получку возьмешь. И еще денег дадим. Где дипломат?

— Смотри-ка какой добренький, — сглотнул кровь Зубр. — Ты не из фонда защиты пенсионеров? — ехидно поинтересовался он. — Может, ты мне и билет возьмешь? И чуву жопастую подкнокаешь?

— Скажи, где дипломат, и все будет по высшему разряду.