— Что-что?

— Цитата. Из одного земного философа.

Он нахмурился.

— Это же абсолютно неверно. Такое мнение широко распространено среди человеков?

— Но почему неверно? — спросила Анна.

Я заметил, что он переменил позу и уселся поудобнее, готовясь к разговору на свою любимую тему — о морали.

— У всего есть следствия: у бездействия как и у действия. Но обычно не делать ничего лучше, чем делать что-то, и меньше — лучше, чем больше. Сказать, что действие — основание для надежды, значит, подталкивать людей, глупцов, вроде Ники, метаться и делать что-то, что угодно, лишь бы не сносить терпеливо отчаяние.

Он помолчал.

— Из этого вовсе не следует, что мы должны бездельничать. Нужных дел очень много, это очевидно. Но нам следует соблюдать осторожность, особенно когда мы предпринимаем что-то новое. Богиня дала нам разум, чтобы мы думали о том, что делаем, и дала нам способность отличать хорошее от дурного. Большего мы ждать от нее не должны. Она не станет спасать нас от последствий наших глупостей. Необходимы же — всегда необходимы — терпение, настойчивость, осмотрительность и доверие. Мы должны верить, что вселенная знает, что она делает, и что другие люди не обязательно глупы.

— Но вы же не доверяете Нику, правда? — спросила Анна.

Гварха открыл было рот, но ничего не сказал, так как заговорил воздух: Эттин Пер позвала нас всех в комнату с пустыми стенами.

Мы вошли — Анна первая, за ней Гварха и, наконец, я. Женщины посмотрели на нас. Пер сказала:

— Ники, будешь переводить. Скажи женщине Переса, чтобы она села рядом со мной.

Мы с Гвархой заняли наши прежние места, и круг замкнулся — свободных кресел больше не осталось.

— Представляю я, — сказал Гварха мягким басом. Скрытая резкость исчезла. Ярость улеглась. Возможно, он устал, как Анна, как старая дама, которая словно поникла.

Однако едва представления завершились, Петали выпрямилась и заговорила.

— Мы нашли решение трех проблем. Остается первая впереди. Это ты, Перес Анна.

Я перевел.

— Вы сказали, что мне не причинят вреда, — возразила Анна. — И я бы хотела узнать про Никласа. Что будет с ним.

— Ты понимаешь, как это серьезно? — спросила Петали. — Он сообщил тебе информацию, которую мы — наши мужчины — не предназначали для человеков. Будь он из Людей, Эттин Гварха попросил бы его убить себя. И он сам бы это предложил, не дожидаясь, чтобы его просили.

Старуха замолчала, и я перевел. Анна заметно испугалась.

— Если о случившемся станет известно, он умрет. Неизбежно, — сказала Петали. — Если мы сумеем сохранить все в тайне внутри семьи, то, думаю, нам удастся спасти Ники.

— Это правда? — спросила Анна.

— Более или менее, — ответил я. — Но не забудьте, Эттин Петали рассчитывает заключить сделку. Какого рода, я пока не знаю.

— Поосторожнее, — сказал генерал по-эттински.

— Чего вы хотите? — спросила она у старухи.

— Мы хотим, чтобы ты молчала. Не говори про это ничего другим человекам.

— Обещать я не могу, — сказала Анна. — Если меня заберет военная разведка, я расскажу все, что мне известно.

— Жаль, что она не мужчина, — заметила старуха, когда услышала перевод. — Несчастный случай, и все.

— Но не с женщиной же, матушка! — поторопилась сказать Эттин Сей.

— Я еще не впала в слабоумие и знаю правила достойного поведения.