Несколько дней спустя на переговорах вновь появился Вейхар, и днем за ней зашел Никлас в своей штатской, странно скроенной коричневой одежде.

— Цей Ама Ул хочет побеседовать с вами.

— Хорошо.

Они пришли в ту же комнату, что и прежде. Их ожидали там две женщины. Одну она узнала — женщину Цей Амы, на этот раз одетую в платье белое с серебром. Вторая женщина была одного роста с Анной и стройной. Ее платье было сине-зеленым и простым, не парчовым, хотя материал и отливал шелковистым блеском. Мех ее был таким же черным, как у Цей Ама Ул.

— Не поднимайте глаза на Ул, — негромко сказал Никлас. — Но вторая женщина ваша ровня. Глядите ей прямо в лицо. Следите за тем, чтобы все время находиться чуть впереди меня. Я здесь самый младший и ни с кем не в родстве кроме вас.

Анна подошла уже так близко, что увидела цвет глаз стройной женщины — сине-зеленый. По краям ее очень больших ушей блестели ободки из серебряных клипсов.

— Остановитесь, — сказал Ник.

Она остановилась, а он продолжал:

— Вы уже знакомы с женщиной Цей Амы. А вторая женщина это Ама Цей Индил. Эти два рода — партнеры. Что это такое, я объясню вам как-нибудь в другой раз. А это Перес Анна.

— Рада познакомиться с вами, — сказала стройная женщина. У нее был низкий хрипловатый голос, а по-английски она говорила безупречно.

Цей Ама Ул сказала что-то на своем языке. Анна поняла одно слово — Ники.

— Нас приглашают сесть, — сказал Никлас, — а я должен вести себя чинно и не баловаться.

— Очень вольный перевод, — возразила Ама Цей Индил. — Моя… как это?.. кузина?.. выразилась гораздо вежливее.

— Попробуйте «старшая партнерша», — порекомендовал Ник. — Точного аналога не существует.

Они сели. Никлас сбоку от Анны и несколько позади, обе инопланетянки лицом к ней.

Цей Ама Ул наклонилась вперед и заговорила:

— Прошло слишком много времени, и мы слишком многое предоставили мужчинам. Я не уверена, что это так уж хорошо. Служение мужчин — искать врагов. Возможно, они видят врагов там, где врагов нет. В природе мужчин думать об опасности, которая может скрываться в каждой неизвестной ситуации, и, встречая неизвестных, они смотрят, где и какое оружие те прячут. Возможно, это не самый верный подход, и, хотя, бесспорно, обязанность мужчин заниматься твоими мужчинами, заниматься тобой — не их обязанность и не их право. Я собираюсь задать тебе еще вопросы о твоих людях, Перес Анна. Пожалуйста, отвечай прямо. Боюсь, если мы не найдем способа говорить друг с другом, нам не избежать решений, которые сплетут мужчины из подозрений и страха.

Следующие два часа Анна снова рассказывала о жизни на Земле. Переводила почти все время стройная женщина. Иногда Никлас поправлял ее, или они обсуждали оттенки в смысле слов.

Наконец Цей Ама Ул сказала:

— Мне ясно, что старые способы понимать поведение не годятся. Вы слишком уж другие. Мне казалось, я не столкнусь с затруднениями. Я занимаюсь наукой и я изучала вашу культуру, но должна признаться, я растеряна, а, возможно, я боюсь. — Она помолчала, а затем что-то торопливо добавила.

— Женщина Цей Амы говорит, что пугает ее не вооружение человеков. Она хочет, чтобы вы поняли это. Наши мужчины заверили нас, что способны одолеть человечьих мужчин, если те нападут. Но одно дело знать про непонятность в неизмеримой дали, и совсем другое, когда непонятность здесь перед нами.