— Что теперь? — требовал ответ Джек, он горел из-за жара битвы. — Опоишь меня? Убьешь меня? Заберешь мечи? Или ты все это время ожидал путеводитель? Ты водил меня за нос. Ты ничего не получишь! Ты не самурай! Ты пьяница и лжец!

45

ГОРА ДЖУБУ

— Ты прав, Джек, — согласился Ронин, мрачное выражение застыло на его лице. — Хотя я не врал тебе, я тебя предал. Как и моего отца. Как и самого себя. Никому не нужен пьяница-самурай. Я не заслуживаю носить эти мечи.

Ронин бросил катану на землю. Она воткнулась в нее, показывая силу его злости. Схватив полупустую бутылку сакэ, он направился в пелену дождя.

Хана подбежала к Джеку.

— Куда он?

— В ближайший трактир, наверное, — сказал Джек, отрывая кусок ткани от кимоно Ботана и перевязывая руку.

— Но он не попрощался, — слезы смешивались с каплями дождя на ее лице. — Ронин, вернись!

Ронин продолжал идти, прижав к губам бутылку.

— Без него будет лучше, — ответил Джек, беря следующий кусок ткани и обрабатывая ухо Ханы. — Ему нельзя доверять. Он был в банде Ботана.

— Я не верю, — сказала Хана, повернувшись к Джеку. — Ронин спас мне жизнь. И убил Ботана, спасая тебя!

— А еще он опоил меня и обокрал.

Хана уставилась на Джека.

— Если это так, зачем ему помогать тебе?

— Потому что он мог вспомнить, что обокрал меня! Но ты его слышала; у него был путеводитель. И, раз мы все знаем, он заберет все снова и убьет меня для награды Сёгуна.

— Это не тот Ронин, которого я знаю, — возразила Хана, скрестив руки.

Джек сорвался с места и вытащил сюрикен из дерева. Он знал, что его решение не идеально. До появления Ботана Ронин просто шел с ними, не прося никакой платы. Конечно, самурай был не в себе — непредсказуемый, грубый, управляемый бутылкой — но он не был злым. Джек чувствовал преданность и ответственность в сердце мужчины. После всего, что Ронин сделал для него, Джек сожалел о том, что сказал в пылу. Но это не отменяло факта, что Ронин был ответственен за его ограбление.

Джек подобрал остальные сюрикены и положил их в мешок. Все его вещи отыскались. Оставался только путеводитель. И если Ронин говорил правду, то Джек знал, где искать человека, у которого он есть.

— Я возвращаюсь в Кизу, — сообщил Джек. — Надеюсь, я смогу найти путь в тот храм, где встретил Загадочного Монаха.

— Я пойду с тобой, — сказала Хана.

— Нет, ты должна предупредить Акико. Монаха не должно быть сложно отыскать, если только он не миф, который мне приснился.

— Он не миф, — возразила Хана. — Он живет в старом заброшенном храме на горе Джубу, на северо-востоке Кизу, по другую сторону реки. Никто в своем уме не ходит туда. Но… — она сглотнула и побледнела. — Но я могу провести тебя туда, а потом пойти в Тоба.

— Пойдем, пока никто не вернулся, — сказал Джек, накидывая на себя кимоно.

Он побрел по дороге, пока не понял, что Хана за ним не идет. Она стояла рядом с катаной Ронина, склонив голову.

— Чего ты ждешь? — спросил он.

— Ронин вернется за мечом, — сказала она, привязывая журавлика Джека к шнуру на рукояти катаны. — И когда он придет, я хочу, чтобы он знал, что он все еще наш друг.

Хана и Джек прошли Кизу глубокой ночью. Никто не охранял мост, они пересекли реку и сразу повернули на северо-восток с дороги в глушь леса.