— Очень справедливым, — согласился он. — Я рад, что к тебе вернулось доброе расположение духа.

 Стараясь сгладить впечатление от своего поведения после возвращения из магазина, Хлоя не стала спорить, когда Хьюго выбрал для нее новые наряды. Она украдкой бросила тоскливый взгляд на полосатое вечернее платье, но когда модистка предложила ей туалет из тафты цвета спелой вишни с розовой отделкой, расшитый маленькими жемчужинками, она была вынуждена признать, что он выглядел вполне шикарно.

 Они покинули «Двор Трех Королей», довольные друг другом, и повернули на Брук-стрит.

 — Что происходит? — Хлоя наклонилась вперед, когда Хьюго произнес одно из коротких морских выражений и натянул поводья.

 Небольшая группа людей, размахивавших палками и что-то кричавших, двигалась навстречу им. Она остановилась перед одним из высоких домов с двойными дверями, в дверь полетели камни. Толпа двинулась к ступеням, и крики стали еще громче. Пролетел еще камень, и стекло окна на первом этаже зазвенело, осколки покрыли землю. Кто-то колотил палкой в парадную дверь.

 — Атакуют дом лорда Дугласа, — сказал Хьюго. — В городе повсюду неспокойно.

 — Лорда Дугласа?

 — Министра кабинета, — сказал он рассеянно, решая, повернуть ли лошадей или ехать прямо.

 Он видел, что люди разгневаны, но пока ведут себя сдержанно. Как они отреагируют, если представители ненавистной им аристократии попадутся им на глаза? Нападения небольших групп на дома министров правительства в последние месяцы участились. Расправа на поле Святого Петра, в насмешку названная Петерлоо, по аналогии с великой победой Веллингтона, как и следовало ожидать, разожгла недовольство. Многие члены правительства были так же потрясены происшедшим, как и жертвы расправы. Однако голодные люди, пострадав от репрессивных законов о труде и жестоких работодателей, не отличали сочувствовавших им членов правительства от тех, кто хотел бы еще глубже загнать их в болото нищеты.

 — Поезжай вперед, — сказала Хлоя настойчиво. — Они ничего нам не сделают, а мне хочется услышать, что они кричат.

 — Я не собираюсь подвергать тебя…

 — Я была при Петерлоо. Я на их стороне.

 Пока он колебался, она вдруг выпрыгнула из коляски и побежала вверх по улице, к толпе.

 — Хлоя! — Он бросил вожжи в руки грума и кинулся за ней. Когда он достиг группы возбужденных людей, Хлоя уже нырнула в самый ее центр.

 — Эй, чей-то с вами, господин? — закричал дородный мужчина, заметив Хьюго. — Собрались поразвлечься, а? — Он потряс своей лопатой, и на Хьюго пахнуло запахом пива.

 — Не больше, чем вы, — коротко ответил Хьюго. Собравшиеся в толпе люди, похоже, не имели четких целей. Было брошено еще несколько камней, прозвучало еще несколько насмешек, толпа поредела и распалась.

 Хлоя сидела на ступеньках дома министра, когда люди стали расходиться. Одной рукой она обнимала дрожавшую девочку.

 — Когда в следующий раз выкинешь такую шутку, Хлоя, сполна получишь от меня, — заявил Хьюго с негодованием. — Мне до смерти надоело, что ты то и дело оказываешься в самой гуще беспорядков.

 — Ее сбили, — заявила Хлоя, как будто не слышала его угрозы. — А у нее будет ребенок, хотя она и сама еще ребенок. Посмотри, какая худышка и как замерзла. — Она стала энергично растирать худенькие плечи.

 Хьюго понял, что опять проиграл. Еще в самом начале своей военной карьеры он научился признавать поражение, когда обстоятельства складывались против него.