Лежа в засаде, он, против обыкновения, думал не о поставленной боевой задаче, а вспоминал прошедшую ночь. Совсем эта женщина замутила его разум, посеяла смуту в душе! Отправляясь в Ти-хореченск, он, разумеется, не рассчитывал, что его жизнь изменится к лучшему. Но, встретившись с Натальей, понял, что с ним произошло нечто неожиданное.

Карташов неуверенно провел рукой по волосам, потрогал отросшую за эти дни щетину. Он не был убежден, что ему нравится его нынешнее состояние. И не был к нему готов. Новые надежды, прокравшиеся в сердце, настораживали и пугали его. Все хорошее в жизни так мимолетно, так эфемерно, и за минутами счастья всегда следует новый удар. Его следствие — всегда беспросветная тоска и одиночество. К этому его приучила предыдущая жизнь, да и будущее не сулило ничего хорошего.

За его спиной скрипнула дверь, и объект его печальных размышлений появился на пороге. Егор глянул в припухшие ото сна глаза Наташи, отметил порозовевшие при виде него щеки, окинул взглядом всю ладно скроенную женскую фигурку в коротком ситцевом сарафане. Ему захотелось сказать ей, что вел он себя как последний осел и все слова, сказанные вгорячах, не стоят и ломаного гроша! И ему совсем не хочется видеть ее такой печальной.

— Ты не уехала? — спросил он, глупо улыбаясь, и, ухватившись за перила, вскочил на ноги.

— Это вызывает у кого-то сомнения? — Наташа опустила глаза и попыталась пройти мимо.

Егор взял ее за руку, осторожно притянул к себе:

— Давай мириться! — Он пригладил ее взлохмаченные волосы, подправил прядки за ушами. — Тебе совсем не идет сердиться!

— А что мне, по-твоему, идет? — воскликнула Наташа и тут же поняла по его заблестевшим глазам, каков будет ответ.

Егор прижал ее спиной к перилам и прошептал:

— У нас есть немного времени до Зорькиных проводов в стадо. Пошли в постель, не возражаешь?

— Возражаю, — как можно более строго ответила Наташа. — У меня на сегодня дел невпроворот, за тобой, между прочим, доделываю.

— Плевать я хотел и на твои, и на свои дела тоже! — засмеялся Егор. — Сейчас мы отправляемся в гости к моему лучшему другу Аркаше Старовойтову. Ты с ним не знакома, он — тем более! Вот удивится старик, когда мы к нему на кордон нагрянем! С теткой я уже договорился. На пару дней, пока нас не будет, сил у нее на хозяйство хватит! — Егор взял Наташу за руку и повел в дом. — Пошли посмотрим, что можно в дорогу взять.

— Прости, Егор, но я так ничего и не поняла! Толком все объясни, пожалуйста. Какой кордон? Какой Аркаша?

— С Аркашкой мы были не разлей вода с первого класса. Сейчас он лесничий в заповеднике. В прошлый отпуск я встретился с ним в больнице. Его браконьеры тяжело ранили, но поговорить нам почти не удалось: после операции он очень слабый был. Вчера я подумал-подумал и решил, что от Степанка ты благодарности вовек не дождешься, поэтому сию благородную миссию должен выполнить я: от лица моих товарищей выразить тебе горячую благодарность за помощь в проведении операции. А наградой будет поездка в горы на пару дней. Ты ведь не была раньше на Кавказе?

— Ни разу в жизни!

— Тем более! Красота там неописуемая! Уговорим Аркадия, чтобы взял нас с собой в обход. Форели половим, в источнике нарзановом искупаемся, в баньке попаримся. Согласна?

— Согласна! — Наташа притворно тяжело вздохнула, стараясь не выдать охватившую ее радость. Еще целых два дня они будут вместе. И пусть эта поездка для нее что-то вроде похвальной грамоты, но она постарается, чтобы Егор навсегда запомнил эти дни.