Провались она хоть в ад —

В рог труби, штыком вперед!

Ведь остался б жив солдат,

Не войди он в этот брод…

Бог простит грехи их в мире… Башмаки у них,

Как гири, —

Темной ночью вброд через Кабул-реку!..

Внезапно порывом сквозняка распахнуло створку окна. Игорь повернул голову и увидел в дверях палаты высокого, светловолосого парня. По взгляду, отнюдь не братскому, которым его одарил незнакомый визитер, он понял, что это и есть Наташин жених. Посетитель, сжимая, как эфес сабли, букет из трех ярко-красных гладиолусов, миновал расстояние от дверей до окна и встал рядом с Наташей. Медленно перевел взгляд с девушки на Игоря, потом обратно. Увиденное, по всей вероятности, жениха совсем не обрадовало. Но нужно отдать должное его выдержке — ни один мускул не дрогнул на его загорелом лице, и только сузившиеся зрачки показали, что интим, царящий в палате, явно вызвал у него негативную реакцию.

Игорь посмотрел на Наташу. Кажется, появление суженого было для нее полнейшей неожиданностью. Вдобавок она основательно напугалась, и ей не удалось скрыть это за жалкой, вымученной улыбкой.

— Извини, Петя, но я не думала, что ты сегодня приедешь.

— Слава Богу, что имя не забыла, вспомнила. — Петр улыбнулся, но еще раз весьма неприязненно глянул на Игоря. Затем по-хозяйски обнял Наташу за плечи и с явной издевкой в голосе справился: — Вы, надеюсь, не будете возражать, если я на несколько минут заберу Наташу.

Игорь лишь пожал плечами, и Петр увлек девушку за ширму.

Некоторое время Игорь слышал взволнованный Наташин голос, но потом макушка Петра исчезла, и шепот смолк. Игорю показалось, что он различает тяжелое мужское дыхание, и кулаки его непроизвольно сжались. За кого они его принимают? Неужто за жалкого инвалида, слепоглухонемого да еще вдобавок невменяемого? Словно в подтверждение его догадок, в углу скрипнула кровать. Игорь глубоко вдохнул воздух, поперхнулся и зашелся в кашле, тяжелом, мучительном, со слезой…

Наташа выскочила из-за ширмы и обеспокоенно вскрикнула:

— Что с тобой? — И, обернувшись, крикнула застывшему, как бронзовый монумент, блондину: — Быстро неси воды!

«Монумент» оперативно выполнил приказ, и уже через минуту Игорь благодарно улыбнулся, хотя на душе у него кошки скребли: все пуговицы на халате и две верхние на блузке у его сиделки были расстегнуты, а челка выглядела более встрепанной, чем во время их импровизированного концерта.

Петр пришел в себя первым, достаточно трезво оценил обстановку и нехороший взгляд подопечного своей невесты.

— С вашего позволения, — если судить по манерам, воспитывался он не иначе как в Пажеском корпусе, — мне нужно переговорить с Наташей. На носу свадьба, — подчеркнул он, — а у нас масса нерешенных проблем.

— Конечно, конечно, — с готовностью произнес Игорь. Потом представил себя со стороны и чуть не сплюнул от досады и злости — куртуазные выкрутасы не прельщали его даже в минуту опасности.

Наташа и ее галантный жених скрылись за дверью, а Игорь, припечатав кулаком подлокотник кресла, зашипел от боли в боку и с удовольствием выругался.

Глава 14

Ночью Игорю внезапно стало плохо. Вызвали Герасимова, следом, прямо со дня рождения дочери, благоухая хорошим вином и праздничными пирогами, примчался Лацкарт.