| Он хотел бежать разыскивать Завьялову, но, поняв, что это безнадежно, вдруг сник и заскулил.-Ты дура, дура набитая, сама не знаешь, что наделала, надо было ее задержать, она наверняка не от себя приходила. С ней можно было договориться, в конце концов, десять тысяч - это не такие деньги, чтобы из-за них идти в тюрьму, ты на тряпки больше тратишь...Кира пыталась его вразумить, объяснить, что с шантажистами только так и поступают - им нельзя показывать слабость, иначе высосут все соки и все равно сдадут, но Стас ничего не хотел понимать, он совсем пал духом и даже пару раз по-детски всхлипнул. Как ему хотелось, чтобы его кто-то пожалел, погладил по голове, сказал, что все обойдется - он бы и поверил. Но ждать от Киры сочувствия было бессмысленно, потому что в ее душе уже было столько презрения к нему, что для жалости просто не осталось места.Она оттолкнула Стаса и заперлась в спальне, а ему ничего не оставалось делать, как только напиться, и уснуть, свернувшись калачиком на диване в гостиной. Что у Стаса дела совсем плохи, Кира поняла, когда он перестал ездить на работу. Целые дни напролет он смотрел старые советские комедии по видео, много курил и время от времени прикладывался к бутылке. Иногда, когда Кира входила в комнату, он брал в руки мобильник и делал вид, что набирает номер, но на самом деле он никому не звонил, и ему никто не звонил. На вопрос Киры, почему он не ездит на работу, Стас отвечал, что решил взять короткий отпуск, там и без него справятся - прорабы знают свое дело, а текущие вопросы можно решить по телефону. Кира ему не верила, она знала, что его бизнесу пришел конец, а еще она знала, что из такого бизнеса так просто не уходят, и все худшее впереди. И это худшее не замедлило явиться однажды днем в облике четырех бандитов. Они были одинаковые, как колеса джипа на котором приехали, джипа, похожего на катафалк. И все же нетрудно было понять, кто из них туз, а кто шестерки. Туз был вежлив, как официант, который обсчитал клиента на сумму, вдвое превышающую заказ, а холуи помалкивали и улыбались, а точнее показывали зубы, когда Туз говорил комплименты хозяйке или дружески похлопывал по плечу хозяина.Они отказались от выпивки, предложенной Стасом, и прошли с ним в кабинет. Разговор длился минут двадцать, после чего визитеры все с теми же ужимками попрощались с хозяйкой и покинули дом. Стас их не провожал. Когда Кира зашла к нему, он сидел в кресле, обхватив голову руками, и раскачивался из стороны в сторону, как китайский болванчик.- Что случилось? - спросила Кира. - Они требовали денег? - Нет, они забрали учредительные документы.- Вот и хорошо, деньги есть - организуешь другую фирму, не хватит - можно продать машину, дом...- Идиотка, если они не требуют с меня денег, значит, считают, что они у них и так в кармане. - И что ты думаешь делать?Стас перестал раскачиваться, вскочил и забегал по комнате, как заведенный. - Смываться надо, завтра же, нет, лучше сегодня, залечь в какой-нибудь дыре и ждать год, два, три, пока они обо мне не забудут.- И куда мы поедем?- В Среднюю Азию, у тебя же там, наверно, есть родственники. Бросим все и уедем отсюда, там нас никто не достанет - это же теперь заграница, никому в голову не придет искать нас там, а будем живы - опять встанем на ноги. Я умею делать деньги, ты же знаешь. Верь мне, верь - другого выхода нет.Кира и сама понимала, что другого выхода у Стаса нет, но ее интересы совершенно не совпадали с его намерениями. Потратить столько сил, с трудом выбраться из азиатского дерьма, чтобы вновь в нем оказаться, да еще и без гроша в кармане, да с трусливым неудачником под мышкой - ничего себе перспектива...Она еще не знала, что надо предпринять, как выйти из этой неприятной ситуации, но ее инстинкт загнанного звереныша подсказывал ей, что для начала нужно успокоить Стаса.- Послушай, - сказала она как можно спокойнее, - мне, кажется, ты слишком всерьез их воспринимаешь, они ни какие не чудовища, а люди, как мы с тобой, и у них есть свои слабости. - Дура, это только в кино есть благородные гангстеры, которые щадят женщин и детей. |
