Умирая, он принял прежнее положение: тело вытянуто, руки лежат вдоль туловища, взгляд застывших, неподвижных глаз устремлен ввысь. Поднимаясь на платформу, Лоу пожалел, что не уговорил Бринка идти с ними. Несмотря на пагубное пристрастие ученого к зеленым кристаллам, его наблюдательность и способность к анализу намного превышали аналогичные качества самого Лоу и мисс Роббинс, вместе взятых. Бринк наверняка сообразил бы, что делать в такой ситуации.

Но Бринка здесь не было, а были только они с Мэгги. Значит, им и придется самостоятельно все решать. Единственное, чего Лоу точно не собирался предпринимать, так это возвращаться за Людгером и насильно тащить его сюда. Мало того что во второй раз трюк с конфискацией кристаллов мог не сработать — повторное возвращение в пирамиду могло и не быть таким же легким и безоблачным.

Мэгги сначала не решалась приблизиться к инопланетянину, но потом освоилась и начала с любопытством рассматривать неподвижное тело.

— Он опять умер, да?

Лоу скорчил недовольную гримасу:

— Трудно обмануть репортера с вашим опытом, леди.

Девушка словно не заметила иронии в его словах.

— Я вот думаю, сколько раз могут эти кристаллы возвращать к жизни умершего?

— Скоро узнаем. — Сунув руку в карман, Лоу извлек оттуда один из отвоеванных у Бринка артефактов. Нагнувшись над телом, он бережно опустил зеленый самоцвет в центр груди, на то же место, что и в прошлый раз. Атмосфера в зале вокруг саркофага внезапно сгустилась и наполнилась огненными вспышками, искрами, языками пламени, короткими и мимолетными, словно сорванными порывом ветра с фитиля свечи.

Оставив, безуспешными попытки прорыва в материальный мир, один из наблюдателей-кодитан вернулся к собратьям и заявил в тревоге:

— Нельзя позволить нам, друзья, двуногим Создателя повторно оживить!

— Нельзя? Но почему? — Сотня задавших вопрос Мыслящих с легкостью просочилась сквозь паникера, не причинив тому ни вреда, ни неприятных ощущений.

— Все дело в том, что оживленье страшно раздражает. Вы не забыли, что Создатель наш еще при жизни скор был на расправу? Смерть нрав его едва ли изменила.

— О, как бы мы желали разделить с ним чудное мгновенье умиранья! — сладострастно простонали тысяча и трое. — Смерть так материальна, так сладка!

Увы, для всех собравшихся здесь коцитан, кроме одного, смерть была столь же недоступна, как ощущение теплого солнечного луча на коже.

Лоу подхватил спутницу под руку и отвел подальше. Кристалл всасывался внутрь грудной клетки. Девушка наблюдала за его действием, разинув рот и широко раскрыв глаза.

Во второй раз за этот день глаза коцитанина раскрылись, клювообразный рот задергался, а в респираторную систему, строение которой поставило бы в тупик любого земного патологоанатома, поступили первые порции воздуха. Во второй раз стройное мускулистое тело воскресшего дрогнуло и приняло сидячее положение. Голова на мощной выгнутой шее начала медленно поворачиваться, потом остановилась, упершись взглядом в пару землян. Под этим пристальным немигающим взором Мэгги Роббинс вздрогнула и непроизвольно прижалась к Лоу, а тот, повинуясь извечному мужскому инстинкту, так же машинально протянул руку и обнял ее за талию. В этот раз девушка даже не попыталась отстраниться.

Воскрешение из мертвых не было чудом. Оно было научно обоснованным явлением, лежащий несколько за рамками официальной земной науки. Коцитанин, во всяком случае, возвращение к жизни явно чудом не считал. Вместо того, чтобы прыгать от радости, он неподвижно торчал на возвышении, не сводя глаз с землян, похоже интересовавших его намного больше, чем вернувшееся сознание. Хотя у Лоу не имелось данных для таких выводов, ему показалось, что воскрешенный коцитанин выглядит недовольным и откровенно скучающим типом.