ГЛАВА ШЕСТАЯ

Звука не было, только пронизывающая вибрация отзывалась запредельной дрожью в каждой косточке. Поверхность астероида вокруг исследователей пошла волнами. Мелкие частицы грунта отрывались от общей массы и начинали дрейфовать в открытом космосе. Потом из отверстия кратера стало выбрасывать более крупные обломки. Некоторые из них, в основном железоникелевого состава, проплывали совсем рядом с людьми. Их приходилось отталкивать руками. К счастью, ни один из обломков не имел заостренных краев и не обладал большой массой.

Борден и Майлс заговорили разом. Они перебивали друг друга, и Лоу ничего не мог понять в их лопотании. Помня о своем журналистском долге, Мэгги Роббинс первым делом направила свою видеокамеру, вмонтированную в рукав скафандра, вниз. Бринк метался рядом с ней и вылавливал один за другим выбрасываемые из кратера куски породы. Большинство камней он сразу отбрасывал в сторону, но кое-что после беглого осмотра бережно опускал в мешок.

«Извержение» вскоре прекратилось, но сюрпризы на этом не кончились. Вдруг прямо из-под ног астронавтов ударил мощный световой луч и омыл ярким светом их застывшие фигуры. Изумленный крик Бордена на борту корабля слился с яростным ругательством бортинженера. Лоу словно наяву увидел, как второй пилот поворачивается к Коре и яростно орет без всякого намека на юмор: «Экспресс-анализ! Включай скорее чертов агрегат!» Только после этого Кен с тревогой задал сакраментальный вопрос:

— Что там у вас происходит, Бостон?

Кора Майлс тем временем перебралась в командирское кресло, и ее пальчики забегали по клавишам пульта с быстротой и изяществом, присущими только профессиональным пианисткам. С приборами явно что-то случилось — добрая половина из них словно сошла с ума.

— Ничего не понимаю! — пробормотала Кора. — Что это может быть?

— Астероидотрясение? — предположил Борден. Он судорожно переключал тумблер за тумблером.

— Невозможно! Наш астероид слишком мал и давно мертв.

— Откуда же тогда взялся этот свет? — воскликнул Борден. Он не отводил глаз со светового столба, исходящего из глубин кратера.

— Что бы это ни было, луч не радиоактивен, — откликнулась Кора и показала на один из датчиков.

— «Атлантис»! «Атлантис», вы нас слышите? — раздался в динамике голос диспетчера ЦУПа. В нем звучали обеспокоенность и тревога. Скорее, даже паника. — Что у вас случилось? По данным наших наблюдений, поверхность объекта пришла в движение, никак не связанное с орбитальным.

— Движение — это еще не все, парни, — проговорил Борден, ошалело уставившись на шкалу одного из приборов, который по всем законам обязан был показывать ноль. И все-таки стрелка ползла к середине шкалы. — Тут еще появился странный луч. Бьет откуда-то из глубины объекта. Яркий световой столб, как из очень мощного прожектора. Да вы и сами должны его видеть, Хьюстон!

— Вы пролетаете над западной частью Центральной Африки, «Атлантис»! — с отчаянием выкрикнул диспетчер. — Мы ничего не можем увидеть, пока вы не войдете в сферу слежения станции в Момбасе. Какова природа свечения, по данным экспресс-анализа?

— Радиации нет, — вступила в переговоры Кора. — Кен совершенно прав, луч похож на прожекторный. Я не думаю, что он представляет собой побочный эффект коррекции орбиты объекта.

— Послушайте, Хьюстон, — снова вмешался Кен, — как только мы получим какие-нибудь конкретные результаты, мы сразу вам о них сообщим. А пока могу сказать, что зрелище жутковатое.

— Лучше бы вам поторопиться с конкретными результатами, «Атлантис».