Лоу бросил на нее удивленный взгляд: девица, похоже, неплохо подготовилась к экспедиции.

— В принципе теоретически возможно продублировать любую физическую характеристику пространства, если только она имеет волновую природу, — изрек Бринк таким тоном, словно он сейчас столкнулся с чем-то простеньким вроде колеса или рычага, а не с феноменом, существование которого до сих пор вообще отрицалось земной наукой.

— Приятно слышать, — сухо отозвался Лоу. — Как-то обнадеживает. Кстати, полагаю, что мы теперь смело можем записать на свой счет еще один артефакт.

Бринк изучал пол: как и стенки колодца, он был ровным и гладким, без единого намека на соединительные швы. Никаких признаков применения молотка, дрели, топора и прочих инструментов. Ни углов, ни пазов. Возникало ощущение, что весь огромный зал был отлит целиком в недоступной воображению форме.

— А теперь маленький вопрос. Чего в этом астероиде больше: естественного или искусственного? — пробормотал немец. — Взять хотя бы этот зал — он запросто может вместить два или три футбольных поля. Что здесь происходило: то ли внешняя оболочка астероида является позднейшим наслоением, то ли это сооружение помещено внутрь намеренно? Впрочем, что толку искать мотивы поступкам существ, которых мы даже представить себе не можем?!

Передвигаясь большими прыжками, как кенгуру, они обследовали помещение. Точечных источников света в нем не было; светились стены или облицовывающий их материал. Лоу проверил счетчик радиации и другие приборы, имеющиеся в скафандре. Все они регистрировали нулевое излучение. Это было по меньшей мере странно. Ведь свет — тоже излучение, а его, согласно показаниям приборов, здесь быть не могло. С точки зрения астронавта, новый феномен был не хуже искусственной гравитации. Во всяком случае, был так же необъясним.

— По-моему, за полчаса работы мы добились удивительных результатов. — Бостон повернулся к Бринку: — Пора подумать о возвращении. К тому же нам предстоит узнать, хватит ли мощности двигателей скафандров для того, чтобы подняться наверх по этому колодцу. — Он обвел рукой просторное помещение. — Здесь слишком много всего, чтобы разобраться за один сеанс ВКД. Это занятие для хорошо оснащенной долговременной экспедиции, а мы, как ни крути, главным образом минеры.

— Еще пять минут, коммандер! — взмолился Бринк; в его глазах пылал фанатичный огонь первооткрывателя.

Мэгги присоединилась к просьбе ученого.

— Не мелочитесь, Бостон. Что такое пять минут? А вдруг мы найдем еще диски или что-то другое, что можно будет прихватить с собой?

Бринк одарил девушку признательной улыбкой:

— Спасибо, Мэгги. Как представитель международного научного сообщества я нахожу вашу поддержку весьма вдохновляющей.

— Всегда пожалуйста, профессор. — Глаза журналистки тоже сияли сумасшедшим светом. — Ну прямо как на Юкатане во время раскопок. Вот только змей и москитов здесь не видно.

— А также воды, воздуха и пищи, — добавил Лоу, настроенный более пессимистично. Он оглянулся. От входа в ведущий на поверхность тоннель их отделяло порядочное расстояние.

— Интересно, кому пришло в голову построить подобное сооружение? — высказал вслух пришедшую в голову мысль Бринк. — Взгляните на эти стены — ни складок, ни углов. Как узнать, каприз ли это эстетствующего инопланетянина или помещение строго функционального назначения, которого мы и вообразить не можем? Я, например, не вижу здесь ни кнопок, ни выключателей, ни панели управления — в нашем понимании, разумеется.

— И свет тоже какой-то странный, — добавила Мэгги, — как будто металл сам светится.