|
. Нельзя же лежать вечно с закрытыми глазами. Это несправедливо по отношению к медсестре. Ухаживая за ним, она зарабатывает на жизнь, это верно, но при этом отдает ему частичку своей души. К тому же изо рта у него начинает течь слюна. Он чувствует, что подбородок стал влажный и, кроме того, очень хочется пить. Могра бесшумно, едва заметно шевельнулся под одеялом, и она уже тут как тут. - Хорошо поспали? Своим лукавым видом сестра дает понять, что ее не проведешь, но она на него не сердится. - Где вы витали мыслями на этот раз? Она знает, что ответить он не может, но продолжает говорить, одновременно вытирая ему лицо и освежая одеколоном: - Могу поспорить, очень далеко... Но в вашем путешествии были и приятные моменты - я видела, как вы несколько раз улыбнулись. А он об этом и не подозревал и теперь пытается сообразить, что же заставило его улыбаться. - Звонил профессор Бессон, извинялся, что не может сегодня вас навестить. Он в курсе ваших утренних неприятностей и советует вам не волноваться... Бессон проезжал в сотне метров от больницы, направляясь в сторону леса Фонтенбло. Бросил ли он хоть взгляд на корпуса из серого камня, говорил ли о нем с Ивонной? Искренни ли ее жизнерадостность, уравновешенность, доброжелательность? - Бедолага Рене! Как ты думаешь, он сможет двигаться и разговаривать? Если нет, то для такого человека, как он, это было бы ужасно! Не важно, что ей ответил муж. В данном случае Могра интересует не собственное здоровье. Его интересуют другие, ему хочется снять с них все наносное, и если это удастся, тогда будет легче разобраться в самом себе. Вот только возможно ли это? К нему пропустили адвоката Клабо. Интересно, обращался ли он в справочное бюро или к старшей медсестре? Спросил ли у кого-нибудь разрешение его навестить? Маловероятно. Почти все его друзья уже достигли такого уровня, что им не приходится стоять в очередях, обращаться в театральные кассы - один телефонный звонок избавляет их от многодневных хлопот. Они не являются частью широкой общественности. Они стоят по другую сторону занавеса, знают то, чего остальные не знают и знать не должны. Клабо явно спросил, как к нему пройти, с самоуверенностью человека, для которого не существует никаких преград. А может, прошел незамеченным, потому что сейчас приемные часы, да еще и суббота, и народу на лестницах и в коридорах больше, чем в будние дни. Можно подумать, что только что кончился киносеанс и публика выходит из зала. Клабо тихонько постучался и, не дожидаясь ответа, открыл дверь. М-ль Бланш удивленно смотрит на него и, не зная, следует ли ей вмешаться, бросает на Могра вопросительный взгляд. - Так тебя, дружище, подвесили за ноги? Заметил ли адвокат, что он похудел и плохо выглядит, тем более что сегодня его не брили, да и температура подскочила? Не показывая виду, он отдает медсестре пальто и шляпу и садится верхом на стул. - Не бойся, я предварительно позвонил Пьеру. Он сказал, что ты не очень-то помогаешь врачам, но дела у тебя идут неплохо, и лучше будет, если тебя станут навещать. Навещать, чтобы обменяться мыслями?! - Как-то я нелепо себя чувствую, видя тебя здесь. Но ты, вероятно, чувствуешь себя еще более нелепо. |
