Небольшие лужицы крови, натекшие из машин охранников, смыты, вновь открыты для движения обе полосы. Даже если бы кто-то и стал случайным свидетелем трагедии, ему показалось бы, что все увиденное им – кошмарный сон и не более того. Закрой глаза, открой вновь – и увидишь пустынный мост, такой безопасный и такой надежный. Понятно, если бы кто-нибудь взялся искать основательно, он наверняка обнаружил бы и неподобранные гильзы и пятна несмытой крови. Всего в темноте не усмотришь, но это если бы кто-то знал, что искать нужно именно здесь.

На тот момент машины, доставлявшие груз из Пулково в хранилище банка просто-напросто исчезли, испарились по дороге, нарушив условие знакомой каждому из детства задачки: из пункта А в пункт Б выехали три машины… Они ехали со скоростью восемьдесят километров в час. Зная расстояние от Пулкова до Питера, определите, когда они прибыли в банк…

Никогда, – будет звучать ответ этой на первой взгляд простой задачи.

Бандит, сидевший за рулем джипа охранного агентства «Одиссей», еле сдерживал рвоту.

Автоматной очередью водителю разнесло голову, и человеческий мозг кусками залепил ветровое стекло, приборную панель. Даже под ногой, на педали тормоза, чувствовалось что-то скользкое и мягкое, но что именно, бандит даже не мог рассмотреть. Он лелеял только одно желание – как можно скорее покинуть эту машину. Но пока он вынужден был, до боли в глазах всматриваясь в темноту, крутить тугой, перепачканный кровью руль. Двигатель не заводился, и гидроусилитель бездействовал. Бандит то и дело боязливо оглядывался, ему казалось, что сзади, где лежали три трупа охранников, кто-то шевелится. Но каждый раз он убеждался, это лишь движение по тряской дороге создает видимость жизни в еще не окоченевших трупах.

«Сволочи, – думал бандит, – посадили меня здесь вместе с мертвецами, а сами в другой машине!»

И тут же у него возникла шальная мысль: для надежности пустить еще по паре пуль в убитых охранников, будто бы от этого они перестали шевелиться на заднем сиденье. Сидевшего рядом с ним мертвого водителя, бандит, матерясь, несколько раз оттолкнул от себя, а затем, вспомнив о существовании ремней безопасности, пристегнул его. Во лбу охранника имелось две раны: одна от скользнувшей, лишь краем задевшей пули, вторая – с выступавшими над окровавленными краями обломками костей. Почему-то именно к этому мертвому охраннику бандит не испытывал враждебных чувств. Он уже находился с ним достаточно долго в кабине, к тому же тот вел себя довольно мирно.

– Ну что, парень, не придется тебе сегодня поужинать, – взгляд бандита скользнул по руке мертвеца, где поблескивало тонкое обручальное кольцо, – небось, жена приготовила тебе вкусный ужин, может, даже водку на стол поставила.

Да не дергайся ты, на часы еще не посматривай, не время. Наверное, ты часто на работе задерживался. Когда в самом деле по делам, когда к девкам бегал. Мол, конфиденциальное задание, пистолет за пояс – и пошел из дому…

Бандита заинтересовала татуировка на кисти убитого. Он нагнулся, чтобы посмотреть ее и в этот момент прозевал выбоину на дороге.

Джип с жесткой подвеской сильно подбросило, и незадачливый водитель ткнулся лицом в мокрую от крови грудь своего соседа. Кровь еще хранила тепло живого тела, и именно это обстоятельство явилось самым отвратительным. Матерясь на покойника, бандит принялся вытирать кровь со своего лица.

– Сука, – шипел он, – падло вонючее! Выбросить бы тебя на дорогу – и дело с концом.

Ну ничего, мы припрячем тебя как следует.

Тем временем впереди, метрах в пятистах, вспыхнул яркий свет – это Червонец зажег фары погрузчика. Теперь от дороги было уже далеко.

«Можно рискнуть», – решил он.

Перевернутый на крышу броневик с грохотом тащился по дороге.