— Эти дикари… — понимающе покивал посол. — Они, как мне кажется, совершенно забыли о такте и правилах хорошего тона. Все требуют и требуют…

— Я не смогу уделить вам много времени. Сами понимаете — я лицо публичное. И подобные встречи, — неопределенно махнул рукой визирь, — могут очень дурно повлиять на мою репутацию. Габсбурги все же наш враг.

— Но враг честный. — заметил посол. — Наши страны лицом к лицу сходились на поле боя. Иной раз победу небеса давали вам, иной раз нам.

— Давайте перейдем к делу, — чуть более жестко произнес визирь. — О какой именно поддержке идет речь?

— Мой император готов передать вам миллион талеров.

— Вот как⁈ — неподдельно удивился великий визирь.

— Мы понимаем. Ваш султан сейчас находится в крайне затруднительном положении. Я бы даже сказал опасном…

— Хм… Что вы хотите конкретно?

— Моего императора очень тревожат все эти брожения среди янычар. Ваша держава долго воевала. Она истощена. Люди устали. Всем вам нужен отдых. Совсем недавно была битва при Азове. И она ясно показала — даже славные моряки Великой порты настолько утомлены этой бесконечной войной, что даже дикие северные варвары их бьют. Про то, в каком состоянии находится ваша армия моему императору даже страшно подумать.

— Это внутренние дела нашей державы, — холодно произнес великий визирь.

— О нет… нет… не подумайте, что мы хотим вам что-то навязывать. Мы просто опасаемся, что, если война продолжится, ваша держава не выдержит и распадется. До нас доходят слухи о брожениях в Египте и на востоке Анатолии, да и Балканы крайне неспокойны. Также нам стало известно о том, что персы собираются вновь идти на вас войной…

— Это все слухи.

— Без всякого сомнения. — охотно согласился посол. — Но что если нет? Мой император считает, что наши войны закаляют и укрепляют наши державы. Из них мы все выходим крепче и мудрее. Однако… если престол османов рухнет? Что будет?

— Он стоит твердо!

— Да-да. Но просто предположите, что будет, если, не дай Бог, он пошатнется? Мой император очень не хочет получить на своих южных границах Гражданскую войну. Она ведь волей-неволей затронет и нас.

Великий визирь промолчал.

Повисла неловкая пауза.

— Поэтому мой император и готов передать ВАМ миллион талеров. В надежде, что такой мудрый и опытный человек как вы сможет спасти ситуацию. Особенно тогда, когда султан, удрученный поражениям, предается тоске. Кто-то ведь должен удержать власть в его руках.

Великий визирь скосился на посла.

— Вы хотите, чтобы я предотвратил смещение Мустафы? — прямо спросил он.

— Мы хотим, чтобы вы продолжили занимать пост великого визиря. И поддержали Мустафу, пока он переживает не лучшие годы своей жизни. Мы полагаем, что если Мустафу сместят, то и вы потеряете этот пост. А вместе с тем и жизнь. Не так ли?

Кёпрюлю Амджазаде Хаджы Хюсейн-паша бывший с 1697 года великим визирем при султане Мустафе II с первых дней на посту пытался добиться мира. Просто для того, чтобы держава смогла восстановиться от многолетних войн. Кроме того, он, продолжал дело своей семьи, которая вот уже полвека старалась добиться централизации и модернизации Османской империи. А вместе с тем преодолеть накопившиеся внутренние противоречия. Так что, по сути австрийский посол предложил великому визирю то, к чему тот и так стремился вот уже несколько лет.