— Мистер Маршалл, вы и вся десантная партия должны бежать к причалу. Морские пехотинцы выстраиваются на обращенном к берегу конце мола, сержант, пусть стреляют непрерывно, неважно, видят они кого-нибудь или нет. Разверните нос сетти, мистер Маршалл, и распустите паруса. Мы с капитаном Ля Иром намерены взорвать форт.

— Боже, до чего же я не люблю писать рапорты, — произнес Джек.

В ушах у него все еще гудело от могучего взрыва (второй пороховой погреб, находившийся под первым, нарушил расчеты капитана Ля Ира), и перед глазами до сих пор плыли желтые пятна, возникшие от вспышки диаметром в полмили. Голова и шея ужасно болели, с левой стороны его длинные волосы сгорели, а кожа на голове и лицо были обожжены.

На столе перед ним лежали четыре неудачных попытки. Под ветром у «Софи» лежали три приза, которые следовало с попутным ветром отвести в Маон, а вдалеке над Альморайрой по-прежнему поднимался дым.

— Послушайте, пожалуйста, этот вариант, — продолжал он, — и выскажите свое мнение, правильна ли грамматика и верен ли слог. Начинается письмо, как и все остальные, так:

«Софи, открытое море.

Милорд, имею честь уведомить вас, что, согласно полученным мною указаниям, я проследовал к мысу Нао, где встретился с конвоем из трех судов, сопровождавшийся французским 12-пушечным корветом».

Дальше я перехожу к шняве, лишь отмечая столкновение с корветом, но ни словом не упоминаю о его ожесточенности и перехожу к высадке десанта.

«Выяснив, что остаток конвоя укрылся под защитой орудий батареи Альморайра, я решил попытаться захватить их там, что и было успешно осуществлено, причем батарея (квадратная башня с четырьмя 24-фунтовыми орудиями) была взорвана в два часа двадцать семь минут. Шлюпки направились на зюйд-зюйд-вест бухты. Три тартаны, которые были вытащены на берег и прикованы цепями, пришлось сжечь, но сетти выведен из гавани. Оказалось, что это «Салос», имевший на борту ценный груз ртути, спрятанный в мешках с мукой».

Довольно смело, не так ли? Но я продолжаю.

«Я многим обязан рвению и энергии лейтенанта Диллона, принявшего на себя управление шлюпом Его Величества, командовать каковым я имею честь, который вел непрерывный огонь по молу и батарее. Все офицеры и матросы вели себя так достойно, что будет неумеренно вдаваться в детали. Однако я должен отметить любезность месье Ля Ира, офицера французской королевской артиллерии, который добровольно предложил свои услуги по подрыву порохового погреба, в результате чего получил увечья и ожоги. Присовокупляю перечень убитых и раненых: Джон Хейтер, солдат морской пехоты, убит; Джеймс Найтингейл, матрос, и Томас Томпсон, матрос, ранены. Имею честь, милорд...» — и так далее. Что вы на это скажете?

— Что ж, несколько более отчетливо, чем предыдущий вариант, — ответил Стивен. — Хотя, как мне кажется, вместо «неумеренно» было лучше сказать «неуместно».

— Ну конечно же, «неуместно». Превосходное слово. Оно пишется через «т»?

«Софи» лежала в дрейфе около Сан-Педро. Последнюю неделю шлюп был чрезвычайно занят и быстро совершенствовал тактику, пребывая днем далеко за горизонтом, в то время как испанцы выискивали его вдоль побережья. В ночное время шлюп подходил к берегу, чтобы поиграть в вышибалы в маленьких портах или с каботажными судами в предрассветные часы. Работа эта была чрезвычайно опасной и не всякому по зубам. Она требовала тщательнейшей подготовки и удачного стечения обстоятельств, однако оказалась поразительно успешной. И многого требовала от экипажа «Софи», так как когда они находились в море, Джек нещадно гонял орудийные расчеты на учениях, а Джеймс заставлял матросов еще резвее ставить паруса.

Джеймс был исправным офицером, как и любой другой; ему нравился чистый корабль, как в обычное время, так и в сражении.